Малика. Узнай меня

Тяжелый подол ее платья с шорохом разъехался в районе длинного разреза и оголил стройную ногу. Дара откровенно флиртовала, Берс это видел, но интереса не чувствавал. Желания воспользоваться неоднозначной ситуацией и пустым помещением не возникло. Хотя это не было на него похоже. Да и вообще, не было похоже на вампиров.

– Нам не стоит здесь задерживаться.

Патриссия наклонила голову и провакационно облизнулась. С даром сан Варин они не виделись несколько десятков лет. А может, даже больше. Вампиресса давно потеряла счет годам.

Но Берса она помнила бледным, робким, вечно во всем сомневающимся мямлей. За это время он сильно изменился. Стал выше, крупнее. Черты лица приобрели четкость. И что особенно радовало дару, в его образе исчезла щенячья беспомощность. Волосы Берс остриг. И в целом очень возмужал. Даже взгляд его изменился. Исчезли подростковая похоть и голод. Их место заняла сытая поволока. Эти изменения в друге детства ее будоражили и возбуждали. Как когда-то возбуждали люди.

В молодости дара любила проводить время с обычными мужчинами.

Она была юна и беспечна. А люди казались ей чем-то необычным. Ей нравилось наблюдать за тем, как они меняются. Рождаются, растут, стареют. Как с возрастом меняются их лица, привычки, приоритеты."

"Вампиры менялись редко. И эти изменения настолько растягивались во времени, что становились практически незаметными. В какой-то момент носферату вообще застывали и начинали терять счет времени. Даже самые яркие события превращались в серую рутину и вампиры начинали скучать.

У людей все было иначе. Вот только они быстро заканчивались. В какой-то момент Патриссии надоело наблюдать за увяданием человеческой жизни и хоронить любовников. Она вернулась в клан. А может, она просто повзрослела. Семья дары вздохнула с облегчением, а Патриссия начала скучать и искать для себя новых развлечений как и полагается приличной даре.

Берс одним своим видом вернул Патриссии это забытое чувство перемен. И ей захотелось узнать его ближе. Она убрала длинные волосы назад, чтобы оголить шею.

Но собеседник на этот жест никак не отреагировал. А вот дара по-настоящему завелась. Проснулся охотничий азарт.

– Я слышала, ты теперь вхож во дворец? – Улыбнулась вампиресса и снова провела языком по пухлым губам.

– Тебя обманули. – Ответил Берс и откинулся на спинку кресла.

В груди нарастал голод. Откуда-то издали слышались голоса гостей. «Кто-то скандалит» подумала Патриссия, и отпустила эту мысль. Она сейчас была не важна.