Мало ли что бывает (сборник)

Она заняла в обе сразу, для экономии времени. – Небось сто граммов весит. Только бы надуть...

Вика промолчала.

– Неужели нельзя в пергамент заворачивать? – не отставала женщина.

– А где я вам пергамент возьму? – спросила Вика. – Был бы, так и заворачивала.

Я внимательно следила за конфликтом, готовая вступиться в любую минуту."

"– У меня такое чувство, как будто он плюнул мне в лицо, – сказала Вика мне, игнорируя свою недовольную покупательницу.

– И напрасно, – возразила я.

– Мне кажется, на меня все смотрят и показывают пальцем.

– Что ужасно? Ты же его не любила?

– Но он был! Я ему верила! Он меня обманул!

Вика швырнула сыр, и он проехал по прилавку прямо до покупательницы с пронзительными глазами.

– Нахалка! – сказала она. – А еще молодая...

– Сами вы молодая, – ответила Вика, но это прозвучало как «сами вы нахалка».

Женщина стояла и не знала – обижаться ей или нет.

– Ну конечно, молодая, – мягко поддержала я Вику.

Женщина перевела на меня пронзительные глаза и решила, что при всех обстоятельствах, даже будучи нахалкой, лучше оставаться молодой.

...Однако Вовка заметил тогда, что я плакала. Мало того, что он заметил, – это произвело на него сильное впечатление. На другой день он ходил подавленный от перевыпитого вина и от впечатления. А потом подошел ко мне и сказал:

– Нам надо поговорить.

– Давай, – согласилась я.

– Не сейчас. И не здесь.

– Почему?

– Потому, – объяснил Вовка. – Я тебе позвоню.

Я пришла домой. Села и стала ждать, глядя на телефон.

Я подождала до одиннадцати, а потом легла спать. И вот, когда я легла, он позвонил.

– А почему так поздно? – удивилась я.

– Звезды...

Я хотела пообижаться и покочевряжиться, но передумала. Стала торопливо одеваться.

– Ты куда? – спросила мама.

– Щас... – неопределенно ответила я.

Хлопнула дверью и сбежала вниз.

В небе действительно стояли звезды, и разговаривать в такой обстановке действительно не то, что в школьном коридоре.

Вовка стоял против моего парадного, ссутулившись, сунув руки в карманы, и без шапки.

Я подошла к нему. На его волосах и ресницах лежал снег.

– Я люблю тебя, – сказал Вовка.

У меня внутри что-то перевернулось от неожиданности и от торжественности.

– Я знаю тебя с первого класса, а увидел только вчера. Я не понимаю, как можно любить кого-то еще, кроме тебя.

Я молчала. Не знала, что сказать.

– Не отвечай! – приказал Вовка. – Не говори ничего. Подумай! А завтра мы поговорим.