Онлайн-библиотека книг
– Иначе как от него детей рожать?
– Вот именно...
Под угрозой была не только дочь, но и внуки, и правнуки.
– Будь он проклят, этот холодильник, – сказала Нина.
– А как Миша?"
"– В милиции. Сталинист и антисемит. Но сейчас он считает: лучше бы Катя вышла за еврея.
– А евреи грузчиками бывают? – удивилась Марьяна.
– Нет. Они сейчас на бирже. Но уж лучше на бирже.
– Да... – задумчиво сказала Марьяна.
Шли какое-то время молча. Жизнь складывалась не так, как хочешь. Хочешь одно, а получаешь другое. Вот Колька вырастет, тоже женится на Тамариной дочке.
– А тебя носил кто-нибудь на руках? – спросила Марьяна.
– Нет, – растерялась Нина.
– И меня нет.
Вышли к стоянке такси. Цены подскочили в десять раз, поэтому машины стояли свободно.
Марьяна подумала вдруг, что двадцать пять лет проработала рабой и Аркадий воспринимал сие как должное.
За это можно носить на руках.
– А ты как? – спохватилась Нина.
– Так собой... У нас есть знакомый грузин, который вместо «так себе» говорит «так собой», – пояснила Марьяна.
Марьяна не любила хвастаться своей жизнью, предпочитала прибедняться.
У детей есть дразнилка: «Я на эроплане, ты в помойной яме».
Так и Марьяна. Она на «эроплане», при любви, при деньгах, при смысле жизни. А почти все вокруг в яме проблем. Хорошие люди, а в яме. Марьяне просто повезло. С высоты аэроплана она видела кое-где редкие семьи на такой же высоте. Но это так редко, как гениальность.
Катя стояла посреди комнаты в свадебном платье, сшитом из тюлевой занавески. Соседка-портниха укрепляла ветку искусственных ландышей на плече.
Обомлел и Костик, первый гость, Катин школьный товарищ. Он пришел с самого утра и ошивался без дела. Путался под ногами.
Костик смотрел с ошарашенным видом. Для него Катя была соседка по парте, каждодневная девочка, пальцы в заусеницах. И вдруг он увидел белую мечту.
