Онлайн-библиотека книг
– Ни в коем случае нельзя сдаваться. Надо сопротивляться.
Но в схеме сопротивления возникли трудности. Никто не захотел выражать Месяцеву протест. Поговорить за глаза – сколько угодно, но устремлять гневный взор... Идеи Музы оказались архаичны, как ее арфа. Инструмент богов."
"Еле удалось уговорить Льва Борисовича. Он согласился встать возле памятника Чайковскому перед началом концерта.
Погода была плохая. Лев Борисович натянул поглубже ушанку, поднял воротник и не заметил, как подъехала машина Месяцева.
– Лева! – окликнул Месяцев.
Никакого укора не получилось. Лев Борисович смущенно приблизился и увидел женщину. Лицо – в мехах. Над мехами – глаза. Гордая красавица, как шахиня Сорейя, которая потрясла мир в шестидесятые годы. Льву Борисовичу тогда было тридцать лет. А сейчас шестьдесят три. «Шахиня» смотрела на него, и он вдруг увидел себя ее глазами – замерзшего, жалкого, бедного никчемушника.
– Ты что здесь делаешь? – спросил Месяцев.
– Соня послала, – сознался Лев Борисович.
– Зачем?
– Ее Ирина попросила, – выдал Лев Борисович.
– Зачем?
– Я не знаю. Просто чтобы ты меня увидел.
У Месяцева стало мутно на душе.
– На концерт пойдешь?
– Нет, – отказался Лев Борисович. – У меня бронхит.
– Передай Соне привет.
– Спасибо, – поблагодарил Лев Борисович.
Дирижер руководил руками, глазами, пальцами, даже ушами. Состав оркестра – сильный, и дирижер доставал те звуки, которые хотел слышать.
Муть в душе не проходила, стояла у горла. Надо было как-то забыть обо всем, погрузиться в то особое состояние, которое выводило его на космос.
Ирина на крышке рояля. Аня с промокшими ногами. Алик на койке сумасшедшего дома. Люля на подоконнике с раздвинутыми коленями. Вот и все. И никакого космоса. Никакой легкой шампанской дрожи. Все очень просто. Вот зал. Вот рояль. Концерт Прокофьева. Ноты он знает на память, может играть с закрытыми глазами. Играет. Все получается. Все слушают. Дирижер протягивает руки, хочет вытащить руками его душу.
Аня с промокшими ногами. Теща с обуглившимся взглядом. И та, другая старуха в валенках положила голову на плечо сумасшедшего сына. Или наоборот. Он положил ей голову...
Старуха вряд ли имеет машину, значит, она ездит каждый день в оба конца на общественном транспорте. И возит еду.
Месяцев давно не жил в перестроечной действительности.
