Пленные, заслышав первые выстрелы, на которые отвлеклись их охранники, сориентировались быстро, что тоже было не удивительно – среди них, как потом выяснилось, были и летчики, причем летчики-истребители, а у них реакция и навык действий в быстро меняющейся обстановке будь здоров. Не имея развитых умений рукопашного боя, охрану, слегка растерявшуюся от наглости атакующих действий этих русских, казалось бы, уже сломленных и гонимых от границы, пленные задавили числом, да и бойцы из грузовиков подоспели, помогли.
Серьезные потери были только возле КПП, поскольку там и охраны было побольше, и автоматы у той охраны имелись – ох, как же не любил Сергей такие моменты, ненавидел просто. А уж когда не только бойцы в атаке гибнут, но и ценные военные специалисты, которым, вообще-то, в рукопашной совсем не место, так и подавно. Оттого, выслушав доклад о потерях, настроение возымел прескверное, а выслушав обстоятельства захвата аэродрома немцами, помрачнел еще больше.
Этот полевой аэродром изначально имел статус вспомогательного, предназначенного для рассредоточения и обеспечения боевой работы истребительных частей 9-й смешанной авиадивизии (сад) 2-го (Белостокского) участка прикрытия госграницы, а также как аэродром подскока легкобомбардировочного полка этой же дивизии, дислоцированного значительно дальше от границы, в районе Волковыска.
Соответственно, здесь имелась небольшая аэродромно-техническая команда, кое-какие запасы боеприпасов и запчастей, а также топлива и прочих эксплуатационных материалов.
Перед самой войной истребительные полки 9-й сад начали перевооружать на новейшие истребители МиГ-3, и сюда временно, до момента передачи в другие части, начали переброску «ишачков» и «Чаек», где их, вместе с перегонявшими их летчиками, в первые же часы войны застал бомбово-штурмовой налет авиации противника.
Зенитного прикрытия аэродром не имел – средств ПВО и на штатные-то аэродромы базирования не хватало, не говоря уже о запасных и вспомогательных.
Не имел и частей наземной охраны (обороны) – это уже головотяпство командования. Впрочем, в той чехарде с расформированием тыловых частей авиационного обеспечения и созданием «районов авиационного базирования» (РАБ) со сложной структурой подчиненности батальонов аэродромного обслуживания, затеянной командованием ВВС весной 1941 года (ни раньше ни позже, а как раз перед самой войной – уму не постижимо!), это головотяпство уже даже не особо и удивляло.
