Мальвина Его Темнейшества

Взгляд метался от новоиспеченного мужа, расстегивающего рубашку, до старика, замершего неподалеку и совершенно не собирающегося уходить.

В груди поднялась паника, стало трудно дышать. К такому я точно не была готова! Обернувшись к выходу, едва не расплакалась. Челерд уже вышел, а двери храма плотно закрыты.

– Ваше Величество, это же дикость какая-то… – залепетала, в надежде достучаться до него, – Я не готова! Не здесь и не… не вот так!

Он же должен понимать, что для меня и так всё слишком непривычно и странно.

Почему же ничего не делает, чтобы пойти на встречу? К тому же, сам говорил о брачной ночи. Неужели имел ввиду именно это?

Райер приблизился, положил руки мне на плечи, чуть сжав их.

– Это лишь часть ритуала и должно произойти именно сейчас. Алтарь должен окропиться кровью. Все будет быстро. Не бойся, милая, я не причиню тебе сильную боль.

Глаза застлал туман. Впервые в своей жизни я чувствовала себя настолько беспомощной. Даже учитывая последствия той жуткой аварии, посадившей меня в инвалидное кресло.

Я ведь сама приняла участие в Отборе. Победила и согласилась на этот странный ритуал. А потом произнесла клятву, толком не разобравшись в ее словах. Собственноручно сожгла все мосты и пути отступления. И теперь заперта в клетке, из которой уже не выйду прежней.

Мысли метались в голове, звоном отдавая в ушах, сердце стучало, как бешенное, еще немного и паника накроет полностью, без остатка.

Райер приблизился вплотную, медленно скользнул ладонями вниз, задерживая их на моей талии, прижимая к себе… И вдруг наступила немая тишина.

В мыслях, эмоциях, во всем. Словно внутри повернули секретный винтик, отключая шум и суету. Находясь в какой-то прострации, взглянула вверх и утонула в зеленых глазах. Мерцание огоньков свечей раскрывало в них нечто особое, затягивающее, колдовское.

А затем поцелуй. Наш первый, неимоверно нежный, мягко скользящий по губам, затрагивающий каждую клеточку в теле.

Меня целовали, и не раз. С погибшим в аварии Стёпой мы нередко едва сдерживались, дабы не нарушить глупое правило «потерпеть до свадьбы», которое поставили перед собой очередной целью.

Вызовом самим себе. Так что, несмотря на девственность, я далеко не невинная ромашка. Трепет внизу живота, жар, разливающийся по телу и нестерпимое желание потушить его были мне известны. Как и чувства, которые я называла любовью. Но… несмотря на это, сейчас с душой происходило что-то совершенно незнакомое.