Мальвина Его Темнейшества

Конечно же я узнал об этом не сразу, да и потом не считал проблемой. Пока не столкнулся с острым нежеланием Алии иметь от меня детей.

Опять же, в первую брачную ночь она ничего не сказала. Все раскрылось гораздо позже, когда уже успела натворить слишком много непоправимого.

Первые три года забеременеть у нее не получалось. Пила какие-то отвары, как выяснилось. Затем был выкидыш. А через год – еще один. Я как дурак носился вокруг нее, жалея и всячески пытаясь сгладить последствия этого несчастья. А когда узнал, что оба они оказались спровоцированными… Впервые сошел с ума, едва не погубив ее.

Тогда-то и вмешался Челерд. Единственный не побоялся пойти наперекор. Я остыл. Заморозил в себе эту жестокую обиду, но с того дня уже ничего в нашем браке не было по-прежнему. Я больше не любил. А ее ненависть ко мне разрасталась всё сильнее, грозясь уничтожить нас обоих.

Что почти случилось прошлым летом.

– Быть может она хочет покаяться? Попросить прощения? – снова заговорил лорд-главнокомандующий.

– За что? За убийство моих не рожденных детей? Или покушение на меня самого? Она отравила мое вино, Челерд. Или ты забыл, что сам едва не испил из той бутыли?

– Ты прав, Райер… Должно быть я слишком мягкосердечен.

– Нет, просто сравниваешь Алию со своей дочерью. Но ситуации слишком разнятся, а ты видишь одни совпадения.

Сказал и почувствовал себя мерзавцем. Лорд постарел в один миг лет на десять. Еще ниже опустил голову, сник, пряча от меня лицо. Он отдал единственную дочь замуж за нелюбимого, и она спрыгнула со скалы после первой же ночи с супругом.

Челерд нес этот крест вот уже пятнадцать лет. Все знали ту историю и старались не напоминать ему о ней.

– В любом случае, простить ее я уже не смогу, – поторопился продолжить, чтобы не затягивать тишину на таком месте, – Достаточно того, что отпустил живой. Но она решила пустить по ветру мою милость и явилась сюда вновь. Что ж, выбор сделан.

– Схватить и запереть в темнице. Но не в башне. Под землёй.

Главнокомандующий вскинул голову, расширив выцветшие глаза.

– В той самой камере? Рядом с драконьими пещерами?

– Но там же нет каменных стен, это стальная клетка… Ее могут…

Он замолчал, неотрывно глядя на меня, словно не хотел верить в услышанное. Я помог ему, закончив фразу:

– Испепелить. Все верно. Но это только если у наших зверушек не удастся охота, а пленница вдруг запахнет кровью. Память мне изменяет редко, так что это произойдет где-то через семь-восемь дней.