Особенно после первого секса, особенно после того, когда он улетел в командировку на несколько дней и ни разу не позвонил… а я… я рыдала в подушку, а затем отвлекала себя, готовилась к сессии в общаге…
Почти прохожу Умарова, как резко сильная рука ловит меня за локоть, сначала пригвождает к месту, а затем тянет на себя.
– Не понял, Наденька, ты куда? – задает вопрос, а я в его голосе улыбку слышу и вижу, как кончики упрямых губ дрожат в желании раздвинуться в ироничной усмешке.
– Я… я… в кафе… – отвечаю и теряюсь, ощущая как в меня стрелами летят взгляды.
Кажется, что весь университет замер и превратился в слух.
– Хорошие планы. Как раз со мной и пойдешь.
Это даже не приглашение, он поставил в известность, а затем развернулся и потянул с капота огромный букет почти с меня ростом, а я посмотрела на белоснежные бутоны и поняла, что у меня в глазах слезы колют, потому что никто не дарил…
– Прости меня, малышка, не до телефонных звонков было, вне зоны доступа был…
Одна фраза и я растаяла, прижала букет к груди, пока галантный мужчина открыл дверь и помог мне с высокой ступенькой.
Сел за руль, захлопнул дверь и повернулся ко мне, а я в отражении его очков свое лицо шокированное увидела.
– Все, Надя. Кончаем с детским садом. Будешь жить со мной, – опять приказ – предложение, Баграт никогда иначе не умел.
Человек привыкший к власти.
– Я думала, что такие предложения делают иначе… – отвечаю, слегка прикусив губу и Баграт ухмыляется.
– Иначе это как? – спрашивает, приподняв бровь.
Опускаю голову и вдыхаю аромат белоснежного букета.
– Они такие красивые, никогда таких не видела… – проговариваю не в силах скрыть свою улыбку, а когда поднимаю голову напарываюсь на графитовый взгляд мужских глаз уже без солнцезащитных очков.
– Будет тебе иначе, малышка, – выдыхает и вскидывает руку, хватает меня за шею сзади и тащит на себя, обрушиваясь алчным поцелуем на мой рот.
– Маленькая сучка, что же ты со мной делаешь… – рычит и кусает за нижнюю губу, затем так же резко отпускает и смотрит в сторону столпившихся ребят.
Переводит взгляд на меня и читает видимо все мои мысли на лице.
– Не бойся, твои зеваки ничего не видят. Окна тачки непроницаемые. Спецзаказ.
Киваю, и мужчина плавно отпускает сцепление.
И тогда Баграт не соврал, он выбил у меня согласие на то, чтобы жила с ним, из постели не отпускал, пока я, не ударяясь в конвульсиях не закричала, срывая голос в крике «да».
Моргаю и наваждение проходит, воспоминание развеивается.
