И в этот миг столько щемящей нежности проскальзывает в его взгляде, что у меня дух захватывает, улыбаюсь ему и отхожу, слушаю врача, ощущая на себе яростный взгляд своего мужчины, жаждущий, а потом у нас будет секс в машине и счастье от единения, от того, что дорвались друг до друга…"
"– Наденька, ты такая красивая, девочка моя…
Отрываю взгляд от зеркала и смотрю на Татьяну Алексеевну. Бабушка Витали, не родная по крови мне женщина, ставшая почти матерью. Любимой «ба» для моего Брошки.
В ту ночь, когда Баграт прилетел и я рассказала о беременности, мы с ним любили друг друга до исступления, до изнеможения, а потом говорили… говорили… говорили…
И я попросила его… попросила, чтобы он вернул в нашу с Игнатушкой жизнь людей, которые стали для нас семьей.
Приютили в самое тяжелое для меня время. Дали не просто кров, но подарили тепло, понимание и любовь… Нерастраченную, с лихвой хватившую для нас сыночком…
Вспоминаю наш разговор с Багратом в ту жаркую ночь, когда я, боясь реакции миллиардера, начала такой важный для меня разговор:
– Татьяна Алексеевна и Вениамин Игоревич – бабушка и дедушка нашего малыша.
Если бы не они, Баграт, не было бы меня сейчас, не знаю, что бы случилось со мной, с нашим малышом… Они стали нам с Брошкой семьей, и наш сын скучает по ним… Они родные ему, хоть и не по крови…
Заглядываю в глаза Биг Босса, который ласкает меня по обнаженному плечу, выводит узоры, а я лежу у него на груди, слышу мерный стук сердца, вся в его запахе, в нем, и кажется, что нет ничего более настоящего в жизни и естественного, чем наша близость и возможность открыть душу, излить все страхи…
– Все, что ты хочешь, проси – исполню, – отвечает и легонько меня за волосы тянет.
– Я хочу, чтобы они жили с нами, – говорю и как в омут падаю, прикусываю губы и смотрю в любимые глаза, теряюсь немного, правда, – дом большой, они не помешают, да и Игнат для них смысл жизни, они им жили, больше у них никого нет, единственная дочка погибла рано, а внук…
Замолкаю. Даже имени Виталика вслух произносить не хочу.
– А внук смотался из страны, но перед этим их квартиру продал… – вместо меня продолжает грозно.
– Что?! – подрываюсь, но Умаров удерживает меня на месте.
– Ну, он попытался, скажем так. Подделал документы по дарственной, но мои люди сделку отследили. Виталя смотался, а вот дед и бабушка его попали в схему черных риелторов.
Дрожать начинаю, слезы набухают в глазах. Баграт же проводит по моей щеке ладонью.
– Тише, маленькая, я их квартиру купил.
