Никогда и ни за что! В угарном бреду я пригласил Марьяну к себе под одеяло, и она ни будь дурой, согласилась. Не прошла проверку. Ведь понималапрекрасно в каком состоянии я был. И не побрезговала, легла, растрепав по наволочке свои волосы! Наволочка до сих пор ее духами пахнет. И сводит меня с ума. Как отравленный дурман.
И хочется, так что невозможно сопротивляться, а когда нанюхаешься — до отравления. Потому что концентрация яда зашкаливает.
А я мало того, что с братом подрался из-за нее, вирус где-то подхватил, так она меня еще и яйцами сраными прижгла! И еще обиделась, что я ее невзначай отпихнул! Ба-а-алин, на такое только бабы способны! Сами проблемы из воздуха создадут, и сами же потом из себя обиженных корчат.
Когда увидел, что на пол летит, чуть сердце инфаркт не схлопотало. Господи, ну почему с женщинами так трудно?! Слава Богу, все обошлось. Я даже по видеонаблюдению смотрел из дома, как носится Марьяна всех парах по коридору нашей компании. Значит, с ней и с малышом все в порядке.
Наблюдал, залипал и наволочку все сильнее стискивал.
А в голове жаркие обрывки прошлой ночи проносились. Может, зря я с ней так, а? У меня просто сто лет уже женщины не было, вот и накинулся на Марьяну и тогда, на корпоративе, и сейчас.
Надо найти себе кого-то. Тупо стресс снять, и чтобы не клинило так на секретарш чужих!
К вечеру чувство вины делается невыносимым! А если она только делает вид, что ей не больно? Ведь села на свою очаровательную пятую точку со всего маху! Может навестить ее? И живет она не так далеко отсюда.
В соседнем доме.
Желание ее проведать становится просто нестерпимым! Жар отступил, я чувствую себя более-менее адекватно. А вот Марьяна может страдать из-за ушибов, или еще хуже, страдать может ребенок.
Одеваюсь, иду через парк в новостройку Малышевой. У входа продают милые букеты цветов. Точно! Все женщины кипятком писают от веников. Марьяна — не исключение. Уже показала себя типичной легкодоступной стервой, поэтому обрадуется венику, как миленькая! Самый дорогой ей куплю.
Чтобы теорию подтвердить!"
"Иду, насвистывая песенку, весь в предвкушении нашей встречи. Сто лет не
свистел. Вконец ополоумел. Вот до чего меня эта Малышева довела!
Глава 45
— Марьяша, Марья-а-а-ш!!! — зовет меня из прихожей поскакавший открывать дверь Федя
— О-о-о… пристрелите старую больную женщину, — кряхчу и стону я после сытного ужина.
— Марьяш! Да Марья, блин! Давай, быстрей!
— Успокойся! — рявкаю я на недоразумение в трениках.
