Ну а вдруг ей клиент позвонил? Потому что мало ли как этот товарищ с кривой улыбкой воспримет ее подмигивания. А ну как примет все за чистую монету? Нет-нет, от греха подальше лучше съездить в пару мест, все равно надо.
* * *— Ну что, Максимчик, пощупал я твоего Козикова.
— А? — Макс оторвался от монитора. — Чего?
— Господи, шановный… Ты, когда из своих архитектурных дебрей вылезаешь, я тебя боюсь. Взгляд безумный, волосы торчком, — Костя растянулся на кожаном диване. — Говорю, был в «Артемиде», у Влада Козикова.
— Ну?
— Что ты «нукаешь»? — привычно огрызнулся Драгин. — В общем, Влад спит и видит, как бы продать эту квартиру. Она у него уже больше года продается.
— А по цене не скажешь.
— Да он дурака сам свалял — купил задорого. Теперь себе в убыток продавать не хочет.
— Ну да, — хмыкнул Макс. — Пусть лучше деньги заморожены будут в этой квартире. И год, и два. А деньги, — тут Макс поднял палец, — должны работать.
— Боже! — валяющийся на диване Костя прижал лапки к груди. — Что я слышу? Мое облагораживающее влияние наконец-то дает себя знать!
— В сухом остатке что? — Макс проигнорировал кривляния товарища.
— В сухом остатке, — Драгин резко принял вертикальное положение. — Мне нужна цена. Которую ты готов заплатить за эту квартиру. И я начну планомерную осаду Козикова.
— Хорошо, — кивнул Макс. — Я завтра с Парамоном съезжу еще раз на квартиру. Пусть он своим профессиональным взглядом оценит объем работ по исправлению всех косяков. Пол там жуткий, раствор десятками мешков уйдет. Да и все остальное… В общем, Федор мне точную картину скажет — и я тогда буду готов назвать цену.
С учетом того, сколько мне еще придется вложить в квартиру. Лады?
— Лады. Должен мне будешь.
— Чего изволите? Хочешь, Яночку тебе подарю?
— Я смотрю, ты ее все забыть никак не можешь, — хохотнул Константин. — Яночка то, Яночка се.
— Вот она бы враз отучила тебя от клетчатых рубашек под костюм!
— Да что б ты понимал! — Костя подошел к зеркалу, поправил воротничок рубашки. — В нашем фирменном одесском стиле! Кроме того, я же не в банк ездил, не в мэрию.
К Владу можно хоть в джинсах. Так даже лучше — по сиротски. Чтобы цену сбить.
— Одессит, ты когда был в последний раз в Одессе? Лет двадцать назад?
— Неважно! Зато папу моего знала вся и Молдаванка, и Пересыпь! И вообще, не переводи разговор! Я тебе говорил о том, что ты мне должен. И ты пойдешь со мной в пятницу в «Барракуду». Яночку надо изгонять из головы. Клин клином. Тебе требуется радикальный экзорцизм.
