Пахло то ли стиральным порошком, то ли — скорее всего — опять ополаскивателем, но уже для белья. Максом не пахло — ведь он надел ее пару часов назад, как сам сказал. И Кира задумалась вдруг, как он пахнет. Среди того, что стояло на белоснежных лепестках раковины, нашелся и парфюм. Она сняла крышку с прямоугольного серебристо-серого флакона и вдохнула. Снова вернулась и тошнота, и головокружение — хотя аромат был, наверное, приятным. Просто слишком интенсивным — если его вдохнуть вот так, глубоко и из флакона.
Но, кажется, именно им и пахнет от Макса — аромат горький и, в то же время, свежий. Словно вместе полынь и мята.
Кира одернула зеленую футболку. Вернула на место серебристо-серый флакон и щелкнула замком ванной комнаты. Пора восстанавливать пробелы в памяти.
Он снова одарил ее внимательным взглядом. Остался доволен — чистым лицом и, особенно, своей футболкой на ней. Кире идет зеленый и его футболки."
"— Я тебе чай сделал, — он кивнул на стоящую на столике, рядом с пивным бокалом, кружку.
— Пива не предлагаю, думаю, тебе пока не хочется.
— Да уж, — криво улыбнулась Кира. — Пожалуй, воздержусь.
Она прошла, давя в себе острое желание натянуть пониже футболку. Он пялился на ее голые ноги, и это почему-то смущало. А Кире и так было сейчас ой как непросто. Именно поэтому на диван она не села, а, забрав кружку, снова привалилась к стене — кажется, это была стена, а не шкаф. Разобраться в том, что напроектировал Макс, с первой попытки и не совсем еще трезвым умом было сложновато.
А вот чай оказался идеальным — горячим, но не обжигающим, сладким, с лимоном, и Кира с удовольствием и даже зажмурившись от него, сделала пару глотков. А потом обер-прокурор МАлыш начал допрос.
— Зачем ты пошла с Козиковым?
— А что — это противозаконно?
— Тебе он противен, — подозрительно ровно произнес Макс. — Зачем ты пошла в ресторан с мужчиной, который тебе отвратителен? У вас был явно не деловой ужин!
— Потому что меня попросила об этом моя сестра, — Кира решила говорить правду.
Но гомеопатическими дозами. Голова наотрез отказывалась соображать. Хотелось молчать, пить чай и любоваться МАлышевыми плечами. Но ей этого не позволили — допрос продолжился.
— Эту часть можешь пропустить! — Макс спустил ноги на пол и соизволил встать. — Бред про долю в бизнесе и твое самоуничижение я слышал. А теперь я хочу услышать внятный и честный ответ.
