"
"Разумная ее часть бесконечно твердила о совершаемой Аней ошибке, ведь предавший раз — предаст и дважды, и, если Аня, несмотря ни на что, будет к этому готова, то Андрюшу это сломает, размажет просто.
Особенно теперь, когда Ник дал малышу такое неосторожное обещание быть рядом, быть ему отцом. Другая же часть девушки говорила об умении прощать и забывать прошлые обиды. Но как забыть? Как так просто простить?
Ветрова, конечно, понимала, что в случившемся отчасти есть и ее вина, тогда, пять лет назад они с Ником стали заложниками обстоятельств и собственных убеждений.
Он был слишком подозрителен и ревнив, а она — доверчива и наивна. Ее вина заключалась в том, что она хотела верить людям, хотела видеть в них лучшее, не замечая, не видя недостатков. А может просто не хотела видеть.
И если с Варшавским все было более-менее ясно, то Петя…
Аня хотела бы посмотреть ему в глаза. Хотела бы спросить, чем заслужила настолько подлое предательство со стороны лучшего, казалось бы, друга.
Хотела бы услышать от него ответы на свои вопросы, может, тогда бы ей стало понятнее.
Ветрова помнила, как сильно волновало друга его материально положение, как стремился он выбиться в люди, как стыдился своего статуса, но даже в страшном сне Аня не могла поверить, что деньги он предпочтёт и ей, Ане.
Раз за разом Ветрова прокручивала в голове их с Петей последнюю встречу, тот разговор, разлучивший друзей на долгие годы. Больше она его не видела, как и планировал, Петя уехал покорять Москву.
Хотя, наверное, это слишком громко сказано. Покорять. Это было бы даже смешно, если бы не было столь грустно.
Очевидно, заплатили ему более, чем достаточно для комфортного проживания в столице их необъятной родины, быть может даже предложили что-то еще. Она слишком хорошо знала друга, чтобы не понимать: не будь у него огромной подушки безопасности, он бы не сдвинулся с места. А ведь он и ее звал с собой, обещал позаботиться. Теперь смешно даже.
Позаботиться о той, чью жизнь собственными руками разрушил, вот так просто.
Пять лет, они не виделись почти пять лет.
— Ты чего здесь стоишь? — голос Ника вырвал Аню из воспоминаний о болезненном прошлом.
Надо же, это как же глубоко она погрузилась в собственные мысли, что даже не расслышала, как скрипнула дверь и в коридоре появился Варшавский.
— Что…что случилось? — обеспокоенно спросил Ник, вглядываясь в лицо девушки и делая к ней шаг.
