До боли кусаю губы, потому что и ответить хочу, и в то же время очередные гадости от Артура боюсь услышать.
Подумав, все-таки поднимаю трубку.
- Что с ребенком, Лиль? – чуть ли не выкрикивает Артур, но его голос смешивается с шумом двигателя. Мейер за рулем?
Закатываю глаза недовольно. Ну, что за грубиян!
- Артур, забудь о нем! – рявкаю я, выплескивая обиду.
Мейер дышит как-то тяжело, и я понимаю внезапно, в чем дело. Видимо, он неверно трактовал наш разговор со Снежаной, свидетелем которого стал по моей глупости.
Услышал, что ребенок умер, и додумал остальное. В этом цербер - ас.
- В порядке все с ребенком, - спешу успокоить его, но тут же ругаю себя за минутную слабость. - Но ты его у меня не заберешь, ясно? НАС есть, кому защитить. Свои деньги можешь засунуть себе…
- Прости, Лиля. Я и не буду… - прерывается, а я слышу автомобильные сигналы на фоне.
- Еще одна угроза с твоей стороны, и я в полицию заявлю! – фыркаю я, хотя не намереваюсь этого делать. Не хочу Артуру проблемы создавать.
Может, и надо бы наказать его, на место поставить, а я… жалею.
Люблю потому что…
– Мне не привыкать, - многозначительно бурчит цербер, но я не понимаю, о чем он. - Где ты, рыбка? – добавляет с беспокойством. Заботливо так, бархатно.
Почти таю, но тут же в чувства себя привожу. Воспроизвожу в сознании наиболее «яркие» эпизоды нашего прошлого: как Мейер упрекает меня в связи с Волковым после поцелуя, как я сбегаю из его дома в слезах, как он обвиняет меня в алчности и деньги предлагает, как я уезжаю…
- Не смей меня так называть! – срываюсь я.
- Оставь в покое! Я хочу, чтобы ты исчез из нашей жизни! Навсегда, - чуть ли не реву я и разъединяю звонок, не желая больше слушать Артура.
Мой малыш – это самое важное для меня сейчас. А Мейер забрать его грозился. Как бусинку у жены.
Не цербер, а бездушное чудовище!
Слышу щелчок входной двери, тяжелые шаги, мужской голос. И направляюсь к Снежане. Становлюсь невольным свидетелем ее разговора с мужем.
- Я же говорила, что сегодня выписывают.
Потом смс еще отправила, - обиженно лепечет она.
- Я забыл, - звучит равнодушно. – На работе устал. Надеюсь, она не будет орать всю ночь, - имеет в виду ребенка.
Поражаюсь его цинизму. Видимо, все мужики такие.
Чтобы не подслушивать дальше, кашляю громко, заявляя о своем присутствии. Высокий худощавый блондин поворачивается ко мне, оценивает.
- Лиля, - представляюсь. – Подруга Снежаны.
И сама мужчину сканирую: светлые волосы, глаза суженные, нос картошкой.
