Проекты будут реализованы. Та сумма, что у меня оставалась, - вполне достойная для России. А вот на родине – копейки. В общем, не от хорошей жизни я здесь оказался.
- М-м-м, - мычу немного обиженно."
"Потому что осознаю: как только Артур наладит здесь дело, встанет на ноги, то сразу же улетит обратно в Австрию.
А я… Мы…
Все-таки высвобождаю руки и непроизвольно одну ладонь к животу прикладываю.
Ну и пусть! Зато у меня теперь есть малыш, которого я уже люблю!
- Но я не жалею, - внезапно осипшим голосом произносит цербер, будто мысли мои читает.
Впрочем, наверняка они на лице отображены. - Как бы иначе я тебя встретил, рыбка?
Неожиданно поддевает мой подбородок пальцами, чуть приподнимает. Замираю, вся превращаясь в один оголенный провод. Который вот-вот коротнет и замкнет. Рядом с Артуром всегда так. И сопротивляться бесполезно. Это сильнее меня.
Поэтому лишь выдыхаю со стоном, когда его требовательные губы накрывают мои. Нечего опасаться, ведь в больничной палате Мейер не посмеет зайти слишком далеко.
И тем ценнее его внимание. Он делает это не ради удовлетворения каких-то своих инстинктов, а потому что… действительно соскучился. И что-то чувствует ко мне.
Сегодня Мейер ласков, аккуратен. Обезоруживает мягкостью.
На доли секунды представляю, как нам было бы хорошо вместе. С бусинкой и будущим малышом. Как мы могли бы стать по-настоящему счастливыми.
Одной семьей…
Но…
- Ты не разведен, - резко прерываю поцелуй.
Артур стискивает челюсть, будто усилие над собой делает, кивает и отстраняется.
И я ему благодарна за это, потому что в очередной раз он слушается меня.
- Я был спокоен по этому поводу. Суд должен был вынести решение в мою пользу, - обреченно рявкает он. – Но в последний момент вернулась Эмма. Любовник обманул ее, заставил на него все переписать – и свалил в закат, конечно же. Тут она и вспомнила о муже и ребенке. Я даже не знал, что Эмма задумала, ведь я сам в России спокойно работал. Ждал документ о разводе, но вместо этого пришла повестка.
Как оказалось, жена забрала отказ, соврала суду, что это я угрозами ее вынудил ребенка бросить. Пообещала обвинить меня в похищении дочери, ведь я ее в Россию вывез. И поставила перед выбором: или мы не разводимся, или она забирает Софи. Как мать, имеет право. А я воскресным папой останусь. Вот только суке этой дочь не нужна, понимаешь?
Отрицательно головой качаю и слезы смаргиваю.
- Не понимаю, - признаюсь, а Артур улыбается еле заметно.
