Малыш от мажора

А вот сегодняшний вечер мне просто нужно пережить.

С этими мыслями покидаю дом и еду во «Фламинго».

Глава 6

Едва я въезжаю на стоянку и паркуюсь на свободном месте, как вижу перед собой Никиту.

Он что, караулил меня у входа?

— Сонь, привет.

— Привет.

Никита помогает вылезти, но как только я оказываюсь на воздухе, тут же одергиваю руку.

Несколько секунд мы просто стоим и смотрим друг на друга.

Я разглядываю его, а он меня.

На Никите сейчас надеты светлая рубашка и черные брюки. Пиджак отсутствует, а рубашка сидит так, как я люблю.

Рубашку всегда тут же хотелось расстегнуть и забраться под нее ладонями. Прикоснуться к коже, провести пальцами, и не только пальцами, по мускулистой рельефной груди.

Черт, вот же черт. Стоп, СТОП.

Соня, возвращайся в реальность.

Хорошо, хоть у Никиты не должно возникнуть подобных воспоминаний.

Что касается меня, то я выбрала для похода в ресторан самые обычные брюки. Черные, классические. И просторный светло-бежевый пуловер из тонкого кашемира. С круглым вырезом под горло и длиной ниже бедер.

Да, не вечернее платье, но кашемир всегда смотрится дорого, так что у служащих ресторана претензий к моему внешнему виду возникнуть не должно.

Придраться не к чему, и одновременно никакого намека на сексуальность.

Еще на мне минимум косметики и совсем нет украшений. Разве что золотые серьги-колечки, которые я ношу уже много лет, не снимая, и по этой причине давно не считаю за украшения. А мои светлые, не слишком густые, волосы распущены по плечам и прихвачены у одного из висков крабиком. Просто и без всяких изысков.

Никита заканчивает осмотр и его губы привычно кривятся в усмешке.

Мне кажется, он догадался, хоть и не могу утверждать на сто процентов, что я намеренно оделась максимально скромно.

— Очень рад тебя видеть, — произносит Никита и теперь моя очередь кривить губы в усмешке.

Чуть не силой заставил меня приехать, а теперь делает вид, что у нас встреча по обоюдному согласию.

— Идем уже? — спрашиваю не очень любезно.

— Куда ты торопишься?

Вообще, мне нужно быть дома в десять, чтобы покормить Машу перед ночным сном, но вслух, разумеется, я этого не произношу.

— Чем быстрее начнется ужин, тем быстрее закончится, — изрекаю философски.