Малыш от мажора

Так это его рук дело или нет?

Вчерашняя отвратительная сцена, словно из самой дешевой мыльной оперы, участницей которой я оказалась.

На минуту возвращаюсь мыслями во вчерашний вечер.

Ужин с Германом все тянулся и тянулся, словно резина и не могла сказать, что меня это хоть сколько-нибудь радовало.

Я рассчитывала, что смогу встретить кого-то, кто вытеснит из моей головы все мысли о Никите, а вместо этого то и дело сравнивала этих двоих и все сравнения оказывались не в пользу Германа.

А все из-за Никиты.

Точнее из-за его намеков относительно Германа и теперь я просто не могла размышлять ни о чем другом. Стоило мужчине задуматься о чем-то, как мне казалось, он замышляет какую-то незаконную махинацию. Смотрел в сторону, а мне мерещилось, что он переживает из-за слежки, которую могла бы организовать его жена.

Хотя он не женат. Но из-за намеков Никиты я уже не уверена, что все, что говорил Герман — правда.

Вот ведь.

И прямо-то никак не спросишь, как это будет выглядеть? «Герман, я знаю, что ты не тот, за кого себя выдаешь.

Что ты скрываешь от меня?» Бред. Кто я такая ему, чтобы вот так высказываться?

В общем, как мы оба не старались, нам оказалось далеко до той идиллии, что представлялась мне, когда мы только познакомились и я согласилась на свидание. Когда Герман, наконец, попросил принести счет, я испытала ни с чем не сравнимое облегчение.

Впрочем, расслабилась я рано.

Не успели мы подняться со своих мест, как рядом с нашим столиком остановилась высокая ухоженная женщина примерно за тридцать, с волосами, собранными на затылке в хвост и крупными серьгами-кольцами в ушах.

Может ей было и больше, даже наверняка, сразу не определишь, если у нее хорошие косметолог и визажист. Поэтому в общем и целом…мимических морщин почти не наблюдалось, хоть лицо и напоминало немного застывшую восковую маску. Не красавица, но смотрелась стильно и в общем дорого.

Я обратила внимание на эту женщину еще когда она только входила в зал, но не думала, что она идет именно к нам.

— Герман, дорогой, — протянула женщина жеманно и собственнически положила руку с ярко-красным маникюром на плечо моему спутнику.

Герман так сильно вздрогнул, чуть не подскачил на месте, и настолько изменился в лице, что на него стало страшно смотреть. На тонких губах женщины, наоборот, заиграла довольная хищная улыбка.

— Ужинаешь? — продолжила женщина, совершенно не обращая внимания на меня, будто я здесь пустое место, — приятного аппетита.