Малыш по контракту

Еще мне хочется бежать без оглядки!

Метнувшись к шкафу, я даже достала клетчатую сумку и побросала туда кое-какие из своих вещей, а потом села на пол и заплакала.

Кому от моего побега станет легче?

Опять приживаться на новом месте? Не выйдет…

В столице было легко затеряться, здесь до меня никому нет дела. Не факт, что в другом месте получится так же относительно легко найти себе местечко.

Поэтому спустя десять минут горьких всхлипываний и едва разборчивой брани, я заталкиваю сумку как можно дальше и занимаюсь тем, что готовлю одежду к завтрашним занятиям.

Алька опять скажет: бабуська!

Да пошла она, злюсь внезапно!

Из-за нее одни неприятности…. Еще и в клуб меня потащила. Срамота!

Пусть сама охотится за Медведем. Больше ни-ку-да с ней не пойду, и точка.

Успокоившись немного, достаю телефон, который трезвонит без остановки в моей сумочке. Быстро подношу его к уху, не глядя и фырчу недовольно:

– Ничего не желаю знать! Я против! Что ты ни сказала или предложила, я категорически ПРОТИВ, так и знай!

В телефоне слышится деликатное покашливание.

– Кхе-кхе… Добрый вечер, Лилия Алексеевна, это Шестов Эдуард.

Я все еще нахожусь в расстроенных чувствах, поэтому не фамилия, ни имя мужчины мне ни о чем не говорят!

– Папа Родиона, – добавляет мужчина. – Ваш ученик, первый «Б».

– Ах… – прикусываю щеку изнутри, чувствуя, как тело обволакивает дымкой стыда. – Простите. Не узнала. Я думала, что мне звонит кое-кто другой.

– Ничего страшного, – отвечает с легким, приятным смехом. – Я так и понял, что ваша пылкая речь была предназначена не мне.

Даю наводящее вступление, чтобы мужчина озвучил цель своего телефонного звонка. Время уже довольно позднее, поездка заняла весь вечер.

Глупая, безрезультатная, опасная поездка, снова думаю с негодованием, отчего-то злясь на Ратмира.

Сначала он в мою сторону даже не посмотрел, а потом подкрался и напугал до полусмерти!

– Я звоню по поводу вашего домашнего задания.

– Вы всегда делаете домашние задания поздним воскресным вечером? – спрашиваю я.

Поневоле в мой голос прокрадывается «училка» и показная строгость.

– Хотелось бы делать задания в другое время, но я работаю по шесть дней в неделю и воспитываю сына один, – объясняет просто.

Снова едва не ругнулась вслух!

Как можно забыть нюансы семей своих подопечных. Во всем виноват дурацкий день. Шестов – вдовец, воспитывает сынишку один.