Малыш по контракту

Я вздрагиваю, отступив немного назад.

Шарфик оказывается в руках у бойца. Черный шелк струится по шее рекой.

Будоражит нервные окончания.

Пики мурашек становятся невозможно острыми, и не только они. Даже грудь напряглась под тонким бюстгальтером, остро чувствую, как пики сосков царапает ткань.

Пульс бьется на шее. Там, где он дотронулся пальцами. Зачем он меня коснулся?

– Не ожидала меня увидеть?

Язык прилип к пересохшему небу. На собственное счастье, слышу цокот каблуков, доносящихся из коридора, по походке узнаю коллегу, что ведет уроки у детворы в «В» классе.

Облегченно прикрываю глаза на миг, черпая капельку спокойствия. Но когда снова распахиваю глаза, спокойствие просто разбивается каплями о непоколебимую фигуру Ратмира, который стоит слишком близко и разглядывает меня.

Оплетает туго-туго своими взглядами-прикосновениями…

С трудом отвожу взгляд в сторону, ища в привычных мелочах немного спокойствия. Кажется, получается. Да, получается.

– Не ожидала, что вы ногу на парту положите.

Ратмир наблюдает за моими действиями, делает шаг в мою сторону.

Во мне опять поднимается волна неизъяснимых эмоций. Чтобы снова не оказаться под этим раскатывающим штормом влияния, отхожу в другую сторону, поправляю мелочи на шкафчиках, убираю из некоторых забытые фантики и детали конструктора.

Ратмир движется за мной следом. Снова преследует, молча поедая взглядом. Я останавливаюсь перед зеркалом у раковины, чтобы собрать волосы, а он, застывает за моей спиной.

Я приподнимаю волосы, собираю их на тугую резинку. Становится совсем невыносимо, когда его взгляд оплетает шею арканом.

– Вы что-то хотели? – бросаю на него взгляд через зеркало.

Он движется ко мне так быстро и плавно, что через секунду вбивается грудной клеткой в мою спину и запирает у раковины, опустив ладони на ее край.

– Извинений хотел, Лиличка, – обжигает шею горячим дыханием.

– Извините! – быстро выпаливаю и рвусь в сторону.

– Куда? – рыкает и разворачивает к себе лицом, уронив ладони на талию. – Мы не договорили!

– Я не разговариваю с хамами. – Кто хам? – сощуривается, делая свой взгляд еще более пристальным и режущим, как скальпель.

– А ты… Вредительница.