Малыш по контракту

– Несколько дней для тебя – это давно? Сколько длились твои самые длительные отношения?

– Отношения? – спрашивает, будто я заявила какую-то очевидную глупость.

Наступает мой черед удивляться.

– Совсем ничего, что ли? Но как же… – теряюсь. – Тебе столько лет, ты очень взрослый!

– Очень взрослый! – передразнивает и снова шлепает меня по попе. – Постарше тебя буду, поэтому крайне странно, что ты решила, будто можешь меня чему-то научить.

– С-с-сдержанности манер, – выдаю тихо, с шипением, чтобы не выдать себя.

Его ладонь устроилась между моих бедер и заняла там место, словно законное.

– Сдержанности? – резко вбивает ладонь ребром вверх и трет между ног.

– Хватит! – плотно-плотно свожу ноги вместе, чтобы он не двигался там.

В ответ начинает двигать бедрами, трется о попу своим каменным членом и нарочно так, словно подкидывает меня вверх каждым толчком. Подбрасывает огня в кровь, она и так кипит, а с его толчками вообще испаряется из моего тела. Засуха всюду, только там, между ног, совсем не сухо.

Неожиданно горячо и влажно.

Пульсация по всем направлениям. Толчки Ратмира отзываются вибрациями внутри слишком чувственными и волнующими, чтобы их игнорировать.

Неужели мне нравится подобное отношение? Заводит? Или дело в самом мужчине? В его чарующем магнетизме, в его харизме, которая просто сносит с ног, крушит все преграды.

– Отпусти руку, сдавила так, что пальцы онемели, – тихо просит Ратмир, отодвинувшись немного.

– А ты… Отпустишь меня?

– Отпущу, – дышит в затылок. – Сразу же отпущу! Лиль, кончай давить, я без руки останусь.

Я только сейчас вспоминаю о том, что он вообще-то должен ходить в гипсе, но почему-то его уже нет.

– В ботинке. Сегодня сняли, пальцы зафиксировали, но все равно двигаться, как раньше, не получится.

– А по тебе и не скажешь.

– Брось меня утешать, знаю, что не в форме. Поэтому руку отдай? – просит.

Но развести судорожно сжатые бедра не так-то просто. Во всем теле сквозит напряжение. Я буквально вынуждаю себя закрыть глаза и расслабиться.

Ахаю через секунду, выдавая сдавленные ругательства, когда этот хитрец в следующий же миг сдергивает с меня колготы вместе с трусиками и заводит руку спереди, нагло втискивая пальцы.

Пытаюсь сделать хоть что-то, но он гораздо быстрее и опытно сдавливает пальцами пульсирующий узелок плоти, потирая его между подушечками пальцев. Давлюсь стонами, рвущимися из глубины грудной клетки. Сдержать реакции невозможно.