Малыш по контракту (СИ)

Я торопливо одеваюсь, долго целую Лилю, попросив напоследок:

– Не шали без меня!

* * *Любой кретин сказал бы, что ехать к Байсаровым с соболезнованиями уже слишком поздно. Приличные люди не совершают такие поздние визиты… Но я из породы тех кретинов, что всегда доводят задуманное до завершения. Обещал навестить, значит, приеду. Не знаю, как буду оправдываться перед отцом, ни один из вариантов не кажется достаточно серьезным, чтобы он простил мне этот серьезный проступок.

Будь, что будет…

В поместье Байсаровых меня запускают, предварительно и тщательно осмотрев на входе.

Меры безопасности на высшем уровне. Несмотря на поздний час, во дворе Байсаровых ютится неисчислимо большое количество машин, а окна ярко освещены. Значит, в доме полно скорбящих родственников и близких.

Взлетая вверх по ступенькам высокого крыльца, понимаю, что пришел с пустыми руками, вооружен только словами, которые еще нужно сложить в толковую речь.

Войти не успеваю.

Дверь распахивается и на фоне широкого освещенного прохода возникает все еще крепкая, статная и широкоплечая фигура моего отца – Анварова Ильяса.

Он тепло прощается со вдовой Байсаровой, чуть поодаль я замечаю Айбику в траурном платье и платке. Так непривычно видеть ее без ярко накрашенных глаз и тела, выставленного напоказ.

– Ратмир! – припечатывает отец, оттеснив меня на ступеньку ниже.

– Отец, я…

Мы с ним одного роста, но он стоит на ступеньку выше, поэтому у него преимущество в росте. Отец наклоняется и выдыхает мне в лицо:"

"– Где тебя носило? Я просил тебя выполнить поручение.

Ты пообещал мне, – делает паузу, слово в слово воспроизводя сказанное мной. – «У Байсаровых буду в течение часа, отчитаюсь….» Но вместо этого ты был с женщиной. С девкой какой-то.

– Откуда ты…

– От тебя несет удовлетворенной сукой!

Перед глазами вспыхивает алым. Мощный раскат ярости по крови приводит меня в бешенство. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не прописать в табло собственному отцу.

– Еще раз ты отзовешься так о ней… – говорю глухо. – Забери свои слова назад.

Я приподнимаюсь и застываю на одной ступени прямо напротив отца: его негодующий взгляд против моего, никто не желает уступать. Мне хватило бы запала сверлить отца взглядом на протяжении долгого времени, а ему хватает мудрости сказать:

– Отойдем, – бросает коротко.

Отец еще раз прощается со вдовой Байсаровой и первым отходит в сторону парковки. Немного помедлив, я иду следом за ним.

– Ты не пришел! – упрекает меня отец, сложив руки под грудью.