Волнение.
– Ладно. Все будет хорошо.
Доезжаем до больницы, и нас почти сразу же приглашают к врачу.
– Добрый день, проходите. Какие жалобы? – за столом серьезный мужчина листает нашу медицинскую карточку.
– Да вот, сын ещё не ходит.
Поднимает взгляд. За очками внимательные карие глаза.
– Попытки?
Сжимаю губы и качаю головой.
– Может несколько шагов пройти с поддержкой, а так, – пожимаю плечами, – не особо. Сестра уже несколько шагов делает без поддержки, а Егор вот никак.
– Близнецы?
Киваю.
– Так, сколько ему?
– Меньше месяца до года.
Угукает и подходит к нам.
– Добрый день, молодой человек. Можно я вас осмотрю?
Егор следит за врачом серыми глазками, а у меня внутри все замирает, пока врач проводит осмотр.
Хотя я вдалбливаю себе, что нельзя думать о плохом.
– Пальчики сросшиеся, – осматривает стопу.
– Да, с рождения, – зачем-то уточняю, хотя это и так понятно.
– У кого в роду?
Ох, блин…
– У отца, – выпаливаю, даже не подумав.
Но врач не продолжает опрос.
– Так, нужно будет рентген стоп сделать.
Я думаю, что массажем ограничимся, но на всякий случай проверимся.
Мне выдают направление.
– А когда?
– Через три дня есть талон.
– Хорошо. Спасибо.
Покидаем кабинет, и я выдыхаю.
– Будем обследоваться, – подбрасываю легонько Егора на руках и зарываюсь в волосики, – да, малыш?
Такси отвозит нас обратно к Аде. Выходим, и я сквозь зубы ругаюсь, когда слышу, как звонит телефон.
– Да?
– Юлька, ну ты где?
Мне становится не по себе, что Ада мне позвонила.
– Да я вот уже подъехала. Что такое? Что с Евой?
Адка вздыхает.
– Так, не паникуй. Все с ней хорошо. Я просто не знаю, пора уже её кормить или рано.
Расслабляюсь.
– А, да, сейчас я уже зайду. Ждите.
Навожу смесь для близнецов, и мы с Адкой погружаемся в хлопоты. С улицы доносится рев мотора, и подруга расплывается в улыбке.
– А вот и Сережа.
– Ты же сказала, он дома.
Машет рукой.
– Ну что ты, не знаешь своего начальника? На какую-то встречу срочную смотался, но обещал недолго.
Вот, всего тридцать минут не было.
– Я за добавкой. Кажется, кто-то не наелся.
Дверь за спиной хлопает, но я не отвлекаюсь и сосредотачиваюсь на приготовлении смеси.
Возвращаюсь в комнату и застываю. Ноги врастают в ламинат.
Встречаемся глазами с Адкой, и она даже бледнеет.
– Не знал, что у тебя трое детей, Серег.
Этот низкий голос продирает до костей.
– Это Адиной подруги. Кстати, ты её же тоже знаешь. Юля.
Дети замирают и прислушиваются к разговору.
