Отлично подходят для того, чтобы окончательно выйти на улицу. Там холодно, мороз бежит по коже вместе с мурашками.
Раннее утро в лесу. Сущее наказание для городской девочки, хоть и жила же с отчимом за городом. Да и Тигран не в самой столице жил. Но там казалось всё более приземлённым.
А сейчас действительно себя на природе чувствую. Свежий воздух, тихо так. Словно всё вокруг вымерло, остались лишь мы втроём.
– Не смей уходить от разговора.
Меня быстро нагоняют, даже слишком. Не успеваю насладиться тишиной, побыть немного в одиночестве.
Дома постоянно много народа, в университете тоже. Но именно здесь мне кажется, что окружили со всех сторон.
– А вы не смейте делать вид, что не знаете! – меня срывает, те остатки собранности что были, разлетаются в стороны. – Правда?! Лучшая охрана города и не в курсе что со мной тогда было? Не заметили, да? Мне всё равно, столько времени пришло, пережила."
"Да ничерта подобного! Не пережила, не всё равно. У Тиграна спросить – он подтвердит, как иногда меня кошмары мучают.
Потому что во снах почти никогда Тимы не появляются, другие люди. Байкеры, знакомые отчима, персонажи фильмов. Все чужие, жестокие.
Психолог, к которому я сходила пару раз, довёл меня расспросами. Обсуждениями, что это всё подсознательное, надо в проблеме копаться… Ага, только дальше разговоров и не зашло.
Я не наивная, знаю, что никто кроме меня не сможет мои же проблемы решить. И советы тоже нельзя давать, но меня эти разговоры в ещё больший стресс загоняли.
Три сеанса, после которых Тигран сказал, что больше я к мозгоправам не пойду.
Сами будем справляться. И справлялись же, хило, но мой муж не из тех, кто просто так сдаётся.
Где-то романтичная девочка внутри меня довольно потирала ручки. Если уж я в жены досталась без свиданий и ухаживаний, то пускай Тигран сейчас постарается.
Идиотские мысли и идиотская я.
– Кать, давай всё по порядку. Мы ничего не знали о наркотиках.
– Конечно, - киваю, пробираясь дальше в лес. Хотят меня доставать, значит, пускай вместе со мной по холоду гуляют.
– И бутылку со следами не в вашей машине нашли, да?
– Какую бутылку? Посмотри на меня.
Тимофей сжимает пальцами мои плечи, останавливая. Разворачивает к себе, и в его глазах сплошная тьма. Нахмуренное лицо, с лёгкой и непривычной отросшей щетиной. Обычно ведь каждый день по утрам брился.
Господи, как много я об этих мужчинах знаю. Почему просто нельзя из памяти всё убрать? Так, чтобы даже не в архив, а сразу в мусорную корзину без возможности восстановить.
