И не просто кивал головой, а пытался что-то сделать. Показал, как можно оттолкнуть, где держать ладонь, чтобы надавить на глаза. Не уверена, что смогу когда-то такое сделать, но знать было важно.
– Что так хмуришься, Катюнь? – Мур, сидящий спереди на пассажирском сидении, оборачивается ко мне? – Не выспалась?
– Сложно спать, когда кто-то без спросу пришел ко мне. Вы должны были попросить разрешение, а не заваливаться в кровать к замужней женщине.
И целовать тоже нельзя.
Напоминаю о Тигране для самой себя.
С каждой секундой расплывается тот факт, что я не могу позволять себе вольности с чужими мужчинами. Может, всё дело в кольце? Не ношу его, не помню, где даже оставила в последний раз. А так бы крутила постоянно, вспоминала, что у меня есть обязательства.
Или кольцо не поможет, когда любви нет? У нас не было свиданий, душевных разговоров, поцелуев украдкой. Тиграну было тридцать два, когда мы познакомились, не до тайных встреч. И, очевидно, не до ухаживаний.
Предложение руки и сердца прошло, как сделка.
С четким разговором, обязанностями, обещаниями. И единственно, что тогда меня заставило сказать «да», факт, что я могу отказать. Тигран пришел ко мне, предложил мне стать его женой, а не договаривался через отчима.
Я была разрушена и мне был нужен тот, кто покажет, как собрать себя обратно.
Муж поступил по-другому. Он оставил каркас, полностью меняя обивку и содержание. Мне нравилось на самом деле, словно родилась новая Катрин, которая не такая запутанная, не слабая.
И я такой была, каждый день нашего брака.
А теперь снова возвращаюсь к тому этапу, когда была перемолотой Катей. Из-за телохранителей, которые бросают на меня взгляды через зеркало дальнего вида.
– Так, Кать, важное условие. Если хочешь полететь с нами, - Тимофей заявляет так, будто мы о чём-то договаривались. – Не обсуждается.
– Так нечестно! Вы пользуетесь своим положением. И на переправе лошадей не меняют. Вы обещали взять с собой.
– Ну, не совсем обещали. Просто не сказали, что ты остаешься дома, - Мур улыбается, полностью оборачиваясь ко мне.
Наклоняется через подлокотник, ловя мою ладонь. – Можно же?
Понимаю, что он спрашивает запоздало о касаниях. И не могу отрицательно махнуть головой. Если мужчина знает, что я целовалась с Тимофеем, то вопрос времени, когда потребует снова.
Детский сад, серьёзно. Не профессиональная охрана, а мальчишки, которые не могут поделить любимую нянечку. Ну или машинку, или что-то в этом роде.
