А попробуй любить самовлюбленного Цербера с замашками домашнего тирана? Вот только перспектива стать его рабыней не пугает, напротив — заставляет судорожно, до сладкой тяжести внизу живота, сжимать ноги.
Рэм выгибает бровь и медленно, даже не скрывая умысла, стаскивает футболку и бросает ее через плечо.
— В программу включен стриптиз? — Я снимаю поддерживающие волосы солнцезащитные очки и многозначительно грызу кончик «ушка».
— Ты же просила секс на пляже? — Он очень убедителен, делая вид, будто мои слова можно было истолковать лишь в таком ключе.
— А клубника где? — недовольно жмурюсь я и, не дожидаясь ответа, роняя голову в песок.
— Ладно, лентяйка, наслаждайся пляжем, — ворчит мой Цербер и топает в сторону бунгало.
Мне кажется, я успеваю задремать под мерный шум рыжего, в свете закатного солнца прибоя, когда Рэм появляется снова, но на этот раз с переброшенным через плечо покрывалом и корзинкой. Я сладко зеваю, потягиваюсь и не делаю ровным счетом ничего, чтобы помочь мужу оформить наш романтический ужин.
Сегодня хочу быть беззаботной капризной принцессой, хочу наслаждаться его мужской опекой, сегодня я хочу быть Ариэль, которая, победив злую Морскую ведьму, получила своего Эрика.
Странно, что Рэм, который вообще не дружит с готовкой, даже вполне сносно нарезал фрукты, и смешал приличный коктейль в шейкере. Он протягивает мне бокал, и я с наслаждением впиваюсь взглядом в обручальное кольцо на его пальце. Собственница во мне никогда не перестанет радоваться этой метке моего единоличного владения этим непокорным монстром.
— Не уверен, что хотел бы тебя сегодня пьяной, — посмеивается Рэм, когда я совсем не по девичьи, одним махом выпиваю весь коктейль из бокала и с невинной улыбкой тянусь за новой порцией. — Спать ты не будешь, Бон-Бон.
— И в мыслях не было, — говорю я, чувствуя полное и безоговорочное расслабление."
"Нет, спать я, конечно, буду, но не сегодня, а все те дни, которые мы проведем на острове, наслаждаясь друг другом в любое время суток.
Возможно, кто-то скажет, что я расклеилась — и что с того, даже если и так? Что плохого в том, чтобы любить до остатка? Что плохого в том, чтобы в ответ на такую пришибленную любовь получать такой же шквал эмоций? Тем более от толстокожего мужчины, который, кажется, знает миллион способов выразить иронию и цинизм, и лишь несколько, чтобы сказать, как я ему дорога.
— Напьюсь и буду творить чудеса, — обещаю я, прекрасно понимая, что нарываюсь.
