Пусть Рябин и руководил теперь теневым бизнесом, но всё делал через моё позволение. Он боялся меня. Поэтому я и решил сделать его своим приемникам. Страх не позволит ему пойти против меня, вонзив в спину нож.
— Даёшь добро?
— Да.
— Всё, давай."
"Он сбросил трубку и меня тут же перехватил Францев с растерянными глазами.
— Руслан Владимирович, я не знаю, что делать с этими студентами. Они ничего не умеют.
— Для Титова ты нашёл же работу. Вот и для них что-нибудь придумай.
Похлопал я по плечу своего заместителя, который уже множество раз писал заявления на увольнение, но все они были моими руками благополучно разорваны.
Проигнорировав жалостливый взгляд мужчины, я вернулся в кабинет, столкнувшись с выходившей Дианой. Она прикусила губу, пропуская меня. Эта шлюха была хороша в постели, но сейчас меня больше волновала моя малышка. Оттолкнув бухгалтершу, я зашел в кабинет, заставив свою Сонечку на том же месте. Она не ела. Молча смотрела на еду, сложив ладошки на коленки, как на фотографии в детском саду.
Я присел на диван и одним легким движением пересадил свою куколку на себя. Она не сопротивлялась. Молча поддалась. Её покорность меня радовала, как ни что в этом прогнившем мире.
— У меня проснулся аппетит. Покорми меня, девочка, — поправил я её волосы, заправив прядь волос за ушко.
Она потянулась к контейнерам, взяла один из них и открыла. Схватив ложку, бросила испуганный взгляд на меня. Я напрягся, вспомнив такой же страх в её глазках при первой нашей встречи.
— Что такое, малышка?
Прошёлся ладонью по её талии. Соня вытянулась. Она избегает зрительного контакта. Это начинает уже нервировать. Только недавно моя девочка была способна даже злиться на меня, а теперь опять пугливо вздрагивает от каждого моего прикосновения.
— Соня? — схватил я её за подбородок, заставив смотреть в глаза. — Говори, в чём дело?
— Ни в чем, — пискнула она, поджав губы.
Этот её жест не остался без моего внимания. Я, забыв про свой допрос, накинулся на неё, поглощая её маленький ротик.
Она уперлась своими ладошками мне в грудь, пытаясь оттолкнуть.
— «Нет, милая. Ты не должна противиться мне».
Контейнер с едой в её руке полетел на пол, когда я малышку завалил на диван. Маленькое тельце подо мной заставляло забыть про все гребанные проблемы. Для меня лишь существовала лишь она одна. Мне не нужно ничего, кроме моей Сонечки, что покорно лежит подо мной.
Вот такую жизнь я хочу.
