Он шантажировал меня! Ты прав, Джо – дело не в разводе, а в этом чертовом «Фантоме»!
Мои слова тонут в звуке открываемой двери и тяжелых, твердых шагах людей в форме…
Глава 40.
Лика.
Дожилась ты, Личка: обманщица, предательница, лгунья, мошенница, а теперь еще и воровка. Докатилась – ниже некуда! Как теперь только выбираться из этой… дыры? Ситуация странным образом мобилизует меня – вместо истерики и слез я сосредоточиваюсь на вопросах следователя, отвечаю четко и подробно, наплевав на чувства и планы Виктора.
Все, довольно! Мозер, Ольшанский, миллионы зелени… Насрать мне на них! Все, чего я хочу – восстановить честное имя и выносить ребенка. Сохранить работу и окончить университет.
Телефон бесперебойно гудит: Виктор сыплет сообщения с угрозами, звонит, умоляет пощадить его, молчать и «дать время выпроводить Мозера восвояси». Он понимает, что фирма с арестованными счетами не сможет заключить договор.
«– !
Ну и в таком же духе. И так каждые пять минут. Но он-то меня не жалел? Наверняка это Ольшанский отправил Осборнам всю подноготную на «Фантом» – больше некому!
– Вам кто-то настойчиво звонит.
– Следователь нехотя отрывается от бумаг и констатирует факт.
– Вот, взгляните. И приобщите, пожалуйста, угрозы моего мужа к материалам дела. – Разворачиваю экран и демонстрирую молодому лейтенанту гневные излияния Виктора. – Я ни в чем не виновата, а он… Кстати, проверьте адрес электронной почты, с которой Осборнам отправили письмо с реквизитами «Фантома». Уверена, это дело рук моего муженька!
– Я верю вам, Анжелика Львовна.
Думаете, вы первая такая? Только юридически «Фантом» ваш, и все, что происходило в фирме – ваша ответственность. Есть бумаги, ваша электронно-цифровая подпись и…
– А показания свидетелей есть? Вот увидите – никто из представителей фирм – партнеров не опознает во мне владельца «Фантома».
– А это и необязательно – есть ваша подпись, этого достаточно. – Обреченно протягивает лейтенант Востриков. Отхлебывает остывший напиток из чашки и с шумом возвращает ее на стол.
– Господи, и что же мне делать? Неужели, правда, садиться в тюрьму? Рожать ребенка в колонии, возвращать деньги ограбленным фирмам? Там же такие суммы… – сдавливаю виски пальцами и зажмуриваюсь – будущее видится мне серым и безликим. Как же он мог? Витя…
– Вы беременны? – удивленно протягивает Востриков. Почесывает затылок и складывает пальцы в замок.
– Да. Я ушла от мужа чуть больше месяца назад. Он изменял. Бил меня. Много пил.
