Сидела она в позе лотоса, и это было тоже непривычно – я столько прожил среди людей, которые старались играть по правилам. Но на них в положиться не мог. Я слышал, как напевая, возится в гостевой ванной моя дочка. Пела песенку про ослика и притартывала в такт ногой.
Всё будет хорошо, сказал себе я. Только проблема в том, что это хорошо может наступить не сразу. И пока мы до этого хорошо доплывем, добарахтаемся, наглотаемся дерьма. А моя дочка не должна пострадать, она все, что у меня есть. Она лучшее, что могло со мной случиться.
– Ну и? – снова повторила девушка.
– Я знаю, что привёл вас в свой дом не слишком вежливо…
– Вы меня похитили, – спокойно ответила она.
Поднялась со стула, начала убирать со стола. Тарелки отправила в мойку, смела крошки от скорлупы яиц. Она казалась спокойной, но я знал, что она волнуется.
– Сто тысяч долларов за несколько дней с моей дочерью, – наконец сказал я.
– Сколько?
– Это больше семи миллионов рублей. Наличными. Вам столько не заработать, больше нигде.
Анна снова села на стул. Посмотрела на меня, как сумасшедшего.
– Где гарантия, что я получу эти деньги?
Я развёл руками.
– Единственная гарантия это моя дочь. Я оставляю её с вами.
Мы помолчали. Прибежала Данка. Увидела, что мы скучно сидим, топнула ногой обиженно и снова ускакала. Иногда мне казалось, что этому ребёнку вообще никто не нужен, но это было не так. В первую очередь ей нужны были покой и счастливое детство.
– Это очень много денег.
Я улыбнулся – для меня сумма была вполне посильной.
– Единственное, я не смогу вам их перевести. Ничто не должно вас со мной связывать. Вашей сестре я помог чужими руками, через благотворительный фонд. Всё отдам вам наликой.
Внутри моей пленницы шло настоящее сражение. И денег заработать хотелось, и страшно, потому, что не пойми что вокруг происходит.
– Договорились, – наконец решила она. – Но имейте ввиду, если вы мне не заплатите, я пойду в полицию и все им расскажу.
Я кивнул, соглашаясь. Наивная. Даже не думает о том, что до полиции бы она не дошла. Но сейчас я буду играть честно, на кону – счастье моей дочери.
Из дома я уйти боялся. Казалось, только ступлю за порог и что-то случится. И сорваться было уже никак – когда ребят отправлял аннализы цветка делать, они видели две ментовские машины. Лика мне знатно поднасрала, увидел бы, убил бы уже по настоящему.
К вечеру мне позвонили из лаборатории.
