Меня как будто кто-то сверху ударяет по голове, иначе я не могу объяснить свою странную просьбу.
– Лука. Кровь…Пожалуйста, попроси, чтобы собрали пуповинную кровь малышей.
Босс хмурится, изучая меня долгим взглядом, но все же кивает, соглашаясь.
– Хорошо, Рада, не волнуйся. Сделайте, как она просит.
Врач кивает и уводит меня в родзал, сразу же подключая к аппарату.
Теряю счет времени. Сильные схватки скручивают меня в бараний рог так, что я, несмотря на советы акушерки дышать, не могу терпеть и кричу, тратя драгоценные силы.
Но сейчас никто не ругает меня за это. Сейчас мне массируют поясницу, шепчут какая я умница и просят беречь силы и потерпеть еще немного.
Сейчас мне не страшно. В родовой уютно, здесь царит полумрак и играет тихая музыка. Врачи разговаривают вполголоса, и никто не смотрит на меня, как на раздражающий фактор.
– Радочка, полное раскрытие, – после очередной схватки, улыбаясь, произносит доктор. – Соберись, моя хорошая, помоги малышам появиться на свет.
Им страшно и тяжело также, как и тебе. Хорошо?
Киваю, дыша, как меня учила акушерка. Я должна! Меня ломает, трясет от боли, сознание уплывает, и я периодически засыпаю, но очередная сильная схватка заставляет меня собраться.
Я бросаю все силы, чтобы помочь деткам. Отдаю им всю себя без остатка, моля высшие силы, чтобы с ними все было в порядке, и сама не замечаю, что у меня получилось.
Получилось! Малыш родился!
– Кто?! – хриплю, как раненая львица, жадно всматриваясь в крошечное сморщенное тельце.
Он такой крошечный, такой беззащитный, что хочется обнять его и защитить от всех.
Но нельзя. Мне не позволят.
– Мальчик. А упитанный какой для такого срока, – довольно произносит неонатолог, укутывая сыночка и забирая его на осмотр.
Мое подсознание вопит во всю силу легких, чтобы не забирали, чтобы дали коснуться малыша, вдохнуть его запах, но легкое похлопывание по щеке приводит меня в чувство.
– Рада, Рада! Соберись, милая, скоро все закончится.
Давай, на следующей схватке постарайся и роди второго ребеночка.
Я все выполняю по строгим и четким инструкциям доктора. Абстрагируюсь от боли и просто следую за ее добрым голосом. И, когда слышу жалобное попискивание, понимаю, что все закончилось.
Приподнимаюсь на локтях, но не могу произнести ни слова. В горле пустыня, голова кружится, а из глаз градом льются слезы.
– Девочка, маленькая принцесса.
Сыночек и дочка!
У Луки с Алисой. Не у меня.
