Рассказывает те моменты, которых мне не хватало, чтобы понять, почему в то утро я проснулась одна. Что сделала не так. И почему этот парень просто пропал, ничего не объяснив.
– Я в шоке, – в глазах плещутся готовые пролиться слезы. – Не могу поверить, что Женя пошла на такое. Я никогда бы не стала так поступать с мужчиной. Да, я была невинна, но это не было для меня препятствием, недостатком! И я сотню раз бы задумалась, стоит ли связываться с мужчиной, который не хочет быть у меня первым и единственным!
Лука уже смотрит на меня по-другому: внимательно, с осторожностью, но без презрения и злости.
– Да уж, девочка Женя – потрясающий стратег и манипулятор. Так все продумать, да еще и подговорить других..Ладно, ее подружка, она, может, пообещала ей чего, но Серега…так просрать многолетнюю дружбу…
– Мне она сказала, что ты несвободен, и просто развлекся со мной, а утром укатил к своей невесте…– сообщаю тихо, теребя рукав блузки. Прошлое накатывает, бередя старые раны, отчего на душе становится грустно и тоскливо.
"
"Но нам с Лукой нужен этот разговор. В конце концов, у нас общая дочь. Да, он женат, и я определенно точно не планирую уводить его из семьи, но Кнопке нужен папа. Нужен тот, кто будет ее защищать, любить и баловать. Да, он не будет жить с нами, и, возможно, они не будут часто видеться, но моей малышке надо знать, что такой мужчина в ее жизни есть. – И Женя была единственной, кто не поддержала меня с беременностью, а осуждала. В последнюю нашу встречу она сказала, что не стоило раздвигать ноги перед кем попало, сама виновата, и после этого мы с ней не виделись.
Лука откидывается на стуле, смотрит на меня внимательно, слегка щурясь, и неожиданно выдает:
– Она потом приезжала ко мне в столицу дней через десять, якобы узнать о состоянии отца и поддержать. Я выставил ее сразу же, потому что не приезжают к другу в коротенькой юбке и майке с глубоким декольте…
Я потрясена до глубины души, до слез. Ведь, кто знает, не вмешайся Женя тогда, мы с Лукой могли бы быть вместе, счастливы.
Воспитывать дочь, у Кнопки был бы отец, которого ей так не хватает. Но она, вот так нагло и эгоистично вмешавшись, разрушила судьбы сразу трех человек.
– Что, правда, моя дочь?
– Да, – ни минуты не медля.
– И она тяжело больна?
Киваю, закусывая губу. Потому что говорить об этом спокойно так и не научилась.
– Я, конечно, верю тебе. Но, сама понимаешь, тест сделать придется…
– У меня нет столько времени. У Кнопки его нет.
– У Кнопки? – хмурится, не понимая.
