Мама для его сына

А Орхан улетел на родину на пару месяцев, сразу после отступления мента. У него с родителями там что-то намечается и полагаю с девушкой это связано очень напрямую!

Всего три недели, а уже так много сделано. Я им горжусь, но так хочу убить всех, кто мешает ему прилететь ко мне.

А еще скоро мне снова на УЗИ. Я, возможно, и пол узнаю, хотя попрошу, чтобы не говорили, узнавать без Далера мне не комфортно.

Беременность перестала меня изводить, и я в коем-то веке прекратила столь близкие «отношения» с белым другом – унитазом.

– Даш, кремом намажься, – кричит мама из гостиной.

Наш дом на песчаном пляже стоит. С видом на океан. Большой, белый, с окнами от пола и до потолка. Короче не описать, но я никогда и не мечтала побывать в подобном месте.

– Мам, помоги? Принеси крем хотя бы. Я сегодня не в состоянии даже просто пошевелиться.

– Вот расскажу, Далеру, что ты из себя селедку маринованную изображаешь, сразу приедет наказывать.

«Эх, если бы», – не открывая глаз, лежу на шезлонге.

– Я тогда буду тут лежать до посинения. Точнее покраснения, только сделай так, чтобы он и правда тут оказался.

Сразу стало грустно, и я услышала торопливые шаги.

– Ты лучшая мамуль. Я на бочок сначала, чтобы спинку, а то купаться собираюсь чуть позже.

Перекатываюсь и жду, когда она намажет крем.

И тут к моей спине прижимаются всем телом, забравшись на такой узкий шезлонг."

"Обнимают за маленький совсем еще животик и целуют в шею.

А я? А я просто накрываю мужскую руку своей маленькой ладошкой и плачу от такого неожиданного счастья.

– Привет, – хрипло здоровается.

– Далер, – выдыхаю и тяну его за руку так, чтобы он лег как можно плотнее, чтобы окутал меня собой, чтобы под свою кожу спрятал. Боже, как соскучилась по нему.

– Я пиздец, как скучал, Даша.

– Я тоже, господи, я тоже.

– Что за сопли развела?

– Это ты мне гормональный всплеск устроил внезапный.

Целует меня и целует в шею, а я улыбаюсь так, что даже щеки болеть начинают.

Его ласки и поглаживания становятся все более откровенными, учитывая, что я лежу в купальнике раздельном, а его рука проникает под трусики, безошибочно находя то самое место, где он должен быть.

– Далер прекрати. Пойдем в спальню.

– Мы тут одни, Даш.

– Тут да, а в доме мама, которая может выглянуть…

– Они поехали в магазин все вместе, а потом в цирк и на карусели.

– Что? – поворачиваю голову к нему, заглядывая в любимые глаза, которые полны тоски и похоти.