Потому, закатила грандиозный скандал, с битьём посуды, обвинением меня, что я настроила против неё ребёнка и громкими рыданиями. У меня даже голова заболела от её криков, потому я выдохнула, когда Брендон, взвалив на плечо девушку, вынес её из дома. Так и оказалось в особняке на одного жильца меньше. Правда, ребёнок утверждает, что от папы по-прежнему пахнет Лесли, заставляет его мыться каждый раз, когда тот заходит к нему в комнату. И до сих пор настаивает, чтобы мы укладывали его спать вместе.
— Ма, а мне Робин сказала, что в городе есть такое место, где держат животных.
Забыл как называется. Давай съездим туда? Я хочу посмотреть! — спрашивает Ник.
— Зоопарк? — переспрашиваю, удивлённая, что в этом мире тоже существует такое развлечение."
"— Да, точно! Зоопарк! Пусть папа нас отвезет? Пожалуйста! — канючит сын.
— Не знаю, дорогой. Давай, ты вечером у папы сам спросишь. Я даже не представляю, как в город добраться.
— А у вас была свадьба?
— Родной, — останавливаю его, присаживаюсь на корточки и заглядываю в глаза, — Я же тебе уже говорила, что мы с твоим папой — не муж и жена.
Поэтому, папа может дружить с другими девочками, а я — с другими мальчиками. Понимаешь?
— Понимаю, — серьёзно кивает ребенок, — Но ты же не дружишь с другими мальчиками, значит и папа не должен.
Упрямый. Удивляюсь, вот откуда он это берёт? Может в саду другие дети так говорят?
— А если я с кем-то подружусь, ты его тоже выгонять будешь из дома? — уточняю я.
— А ты перестанешь меня любить? — спрашивает малыш.
Обнимаю его, крепко прижимая к себе.
— Николас, запомни: ты — мой сын. Я не перестану любить тебя никогда, ни при каких обстоятельствах, — говорю ему.
— А папа меня любит?
— Конечно, любит, родной. Почему ты спрашиваешь?
— Потому что Лесли сказала, что пока меня не было, им было с папой очень хорошо вдвоём. А потом появились я и ты. А папа стал холодным. Он что, превращается в снеговика? — глаза Ника горят любопытством.
— Нет, пока не превращается, — улыбаясь, отвечаю ему и осторожно интересуюсь, — А кому Лесли это говорила?
— Не знаю, — пожимает плечами сын, — Приходила другая тётя, они пили чай.
Папа был на работе, а ты в комнате спала. Я подслушал.
— Подслушивать — нехорошо, — делаю ему замечание, на которое он опускает голову.
— Николас, папа тебя очень любит. А Лесли…Она просто тебя еще не знает, вот и говорит всякие глупости. Пойдём? — снова беру его за руку, — Нас, наверное, уже заждались.
