Мама для наследника

Если честно, очень хотелось рассказать, выговориться, поделиться всем пережитым, как плохим и страшным, так и хорошим и интересным. И я рассказывала, скрывать мне просто нечего.

На четвертый день нашего пути из-за крон огромных деревьев показались верхушки гор. Вид заснеженных вершин из башен Закатной крепости завораживал, как и подступающий к нему темный лес. Крепость удобно оборонять, с моря близко не подойдешь, с суши леса и горы, так что в плане безопасности выбор отличный, но связь с внешним миром необходимо поддерживать.

В этой части материка не имелось плодородных земель, местность слишком каменистая, а имеющийся грунт по большей части состоял из песка и особой урожайностью не отличался. А есть чародеи хотят не меньше обычных людей. Для этого еще во времена Рагдора, и не удивлюсь, если им самим, создали тоннель в скале, по которому нам предстояло проделать часть пути. Когда местная община чародеев была очень многочисленная, в крепости одновременно находилось до полутора тысяч человек, у тоннеля стоял большой чародейский гарнизон, как с одной, так и с другой стороны. Сейчас охранялся только один вход со стороны крепости, как последний рубеж защиты. Чародеи уже не те, и это, конечно, нам только на руку. От «тех» мы бы не ушли…

На четвертую ночевку мы остановились у реки, вдоль которой нам предстояло ехать часть следующего дня до входа в тоннель. Все были уверены, что около тоннеля нас ждет засада. Весь день вперед отправлялись дозорные. На ночь в лагере чародеи, которые и до этого выставляли своеобразный периметр, как защитный, так и предупреждающий об опасности, делали что-то особое.

Защитный купол был виден даже обычным человеческим глазом, переливаясь, как мыльный пузырь. В лагере чувствовалась если не нервозность – все-таки воины подобрались опытные и бывалые, – то некоторая напряженность и повышенная бдительность.

Мы с Панен в палатке долго ворочались, прежде чем уснуть. Но усталость взяла свое, и я отключилась даже под постоянные переклички караульных.

А вот пробуждение приятным не назовешь.

Сигнальный горн, оповещающий о нападении, прогнал всю сонливость. Мы спали в одежде, поэтому мгновенно отреагировали на угрозу, выбежав из палатки и на ходу засовывая в жилетку-переноску разбуженного и плачущего Вовку. У палатки меня сразу схватил за руку подлетевший повелитель.

– В повозку, живо! Обе!

Другой рукой он схватил Панен и, не церемонясь, толкнул нас в сторону уже оседланных и готовых в любую минуты сорваться с места эду.