Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона

Он был невысоким, зато голубоглазым — именно голубизна глаз и их наивный, какой-то беспомощный блеск привлекали барышень от семнадцати до семидесяти. Гидеон охотно этим пользовался и на каждой обещал жениться. Собственно, количество женщин, которые хотели бы его убить, росло с каждым годом в геометрической прогрессии.

Он не был драконом и даже не имел титула — родился младшим сыном какого-то барона, — но это был единственный человек, которому хватало смелости говорить мне в лицо правду.

И, зараза, целителем он был хорошим, так что я нанял его следить за здоровьем у учеников школы.

Хотя его никто не просил.

— Вот убил бы ты меня — и что дальше? — пробормотал Гидеон, пряча за шутливым тоном испуг. — Ты замерял магический фон сегодня? Сколько пальцев показываю?

Я примерился к его шее, не обращая внимания на выкинутую вперед руку: пальцев было слишком много, примено восемь. Гидеонов тоже было несколько.

— Мне не надо перекидываться во вторую ипостась, чтобы тебя придушить. Не уходи от темы. Что за информация?

Почему меня вообще это волнует?

Я готов был прибить Элис, когда увидел на запястье мою метку — такую же, которая была на моем с рождения. И — да. Я ее узнал, хотя велик был соблазн списать все на фокус и искусно сделанную татуировку. Но дракон внутри тут же взметнулся, принюхался к воздуху и потянулся к Элис — как и в прошлый раз, только тогда я списал это на слишком большое количество выпитого и азарт от спора с Гидеоном.

Ни с кем, кроме Элис, дракон себя так не вел."

"Никто не встречал истинных уже несколько сотен лет: это считалось атавизмом, отмершей за ненадобностью чертой, почти легендой. Когда-то встретить истинную для дракона было большой удачей. Она становилась той самой идеальной половинкой, которая нравилась и дракону, и человеку, приумножала магию рода, именно в союзе с истинной парой рождались самые сильные дети.

Считалось еще, что истинная находит дракона не просто так, а тогда, когда они друг другу нужнее всего.

Сейчас я жалел только о том, что вообще сунулся в тот бордель.

А еще о том, что мы не успели закрепить связь: я мог бы ее найти, а сейчас понятия не имел, где она.

Это злило.

Но больше всего злило то, что радости от ее исчезновения не было ни капли. Сплошная пустота.