– Роду нужен сын, вероятно? Или же герцог передаст титул племяннику?
Я, разумеется, знала, что передавать имя некому. Но… Зачем так откровенно дразнить гусей?
– Роду Терн нужна Пылающая, – жестко отрезал принц. – И она у Тернов будет.
Сдержав инстинктивную дрожь, я с чрезмерно заинтересованным видом потыкала в розочку из овощей, что украшала тарелку, а после равнодушно бросила:
– Неужели Боги бывают настолько неравнодушными? Чтобы один и тот же род был благословлен трижды – плохо верится.
Перемена блюд, и передо мной мясо с кровью в ягодном соусе.
Что ж, вкусы у всех разные, осуждать не буду. Мне, например, очень нравится ягодный соус, его и съем.
– Не любите модную кухню?
– Очень люблю, – я посмотрела на принца, – кава великолепна, а уж если добавить к ней меренги… М-м-м, это просто чудо какое-то.
Принц поухаживал за мной: подал вино, щелчком пальцев заставил расцвести крошечную ветку локсов, что лежала у моей тарелки, но… Я долго составляю мнение о людях, потом так же долго его не меняю, но если уж поменяла, то обратного пути нет.
Обед длился и длился, принц еще несколько раз пытался укусить меня, но я вспомнила об одном непревзойденном способе заткнуть собеседника.
– Кажется, мне не хватает воздуха…
– Что ты несешь, Ольтарни?!
– Еще несколько слов, и я упаду в обморок, – с мягкой улыбкой отозвалась я."
"А обморок леди – это дело серьезное, долгое и обстоятельное. Ко мне тут же проводят Кайра, после чего он должен будет добыть нюхательную соль, которая, конечно же, не сработает.
Затем в ход пойдет целительская магия, а после мы все покинем ужин, потому что: «Леди переволновалась, слишком блистательное общество, слишком великолепный ужин, для ее тонкой натуры это оказалось непреодолимо». И все, мы в тишине своих покоев.
С другой стороны, это даст повод придворным дамам таскаться в наши покои как в свои – проверить, как себя чувствует леди Ноэль, и заодно подсобрать сплетен.
– Тебе безразлична судьба герцогини Терн? Она так тебя любила.
– Какая необычная столовая, воздух то есть, то его нет, – задумчиво отозвалась я.
Арделия Терн ненавидела меня за мой дар. За мой статус. За мою исключительность. Она понимала, что даже рожденный ею наследник всегда будет в тени Пылающей. Ее перекашивало от одной лишь мысли, что юный герцог будет: «А, брат Пылающей?»
Тем более что герцог Терн не спешил жениться на своей фаворитке и исправно пил особые зелья, не позволяющие дикому овсу зацвести.
