— Ты не умеешь плавать? — Она посмотрела на меня широко распахнутыми глазами, в которых отражалось небо.
— Я прекрасно держусь на воде, — успокоила её. — Если надо, смогу переплыть это озеро.
— Тогда почему мне нельзя? — недоумевала Анита.
Я не нашлась, что ответить. Девочка росла одна, и беспокойство взрослого ей чуждо.
— Я буду волноваться за тебя, — призналась я.
— Правда? — воодушевилась она и помахала мне рукой. — За меня ещё никто не волновался. Это, наверное, приятно!
У меня слёзы на глаза навернулись от её слов.
Хоть голосок малышки был весёлым, стало грустно. Я вошла в воду и обняла ребёнка.
Не знаю, как так получилось, что эта девочка осталась одна и жила здесь, воспитываемая ворчливым котом и жуткими привидениями, но этот кошмар закончился.
Поддавшись импульсу, я поцеловала ребёнка в лоб.
— Это действительно приятно, — прильнув ко мне, рассмеялась она. Посмотрела снизу вверх. — И сыро. Ты такая мокрая!
— Как и ты, — парировала я и легонько плеснула в неё водой.
Анита взвизгнула и с упоением начала бить по воде, поднимая вихри брызг.
Они не падали, а поднимались всё выше и выше, окружая нас с девочкой настоящим фейерверком из сверкающих в лучах солнца круглых капелек. Я, как заворожённая, не могла оторвать взгляда от этой красоты! Магические кружева из водной стихии спиралью уплывали в небо, привлекая внимание галдящих от удивления птиц.
— Невероятно, — прошептала я.
Всё было как в кино, вот только это реальность! Я могла протянуть руку и коснуться пальцами самой настоящей магии.
Парящие капельки, когда я их трогала, сразу подчинялись законам физики и катились вниз по влажной коже. А другие всё ещё плыли в воздухе, переливаясь и сверкая на солнце.
По спине пробежались мурашки — то ли от ожившего чуда, то ли от холодящего ветерка, прижимающего мокрую одежду к телу.
Это отрезвило.
— Так! — хлопнула я в ладоши. — На выход!
— Почему? — встрепенулась малышка и погрустнела. — Тебе не понравилось?
— Вода прохладная, можно простудиться, — объяснила я.
— Снова беспокоишься? — заулыбалась девочка и побрела к берегу. — Хорошо, я согласна!
— Умница дочка, — засмеялась я.
Пока Анита, сидя на бревне, грелась на берегу, я наскоро простирала её платье. Выжав, расправила одежду и разочарованно вздохнула: яркие кляксы превратились в размытые пятна. Без стирального порошка или мыла тут не справиться.
— Ты выглядишь расстроенной, — услышала голос малышки и оглянулась. Она стояла рядом и рассматривала своё платье.
