Хотелось тепла, ласки, горячей любви…
— Да… Ты тоже мне нужен.
Едва услышав это признание, Эмин обрушил на меня водопад из томных, глубоких и затяжных поцелуев. Он утягивал меня за собой, словно опытный дайвер, который мог пребывать под водой долго-долго, задержав дыхание, а я уже спустя несколько мгновений будто начала задыхаться. Сердце в груди колотилось, словно сумасшедшее, не давая покоя, продолжая трепетать без остановки и покалывать остро!
— Эмин… — простонала я, едва вырвавшись из его губ.
— Куда это ты собралась, Ан-на? — недовольно возразил он, алчно подминая под себя.
— Подышать! Просто подышать!..
— Так я тебе и поверил! Не отпущу, пока не отдашься мне полностью. И это будет не просто прелюдия, а полноценный секс…
— Ах…
— Я привык называть вещи своими именами.
— А как же приличия?
— В постели?
Эмин иронично приподнял бровь и посмотрел на меня сверху вниз. Должно быть я была растрепанной, раскрасневшейся и выглядела доступной. О да, я точно выглядела очень доступной.
Мужчина расположился между моих бедер и настойчиво прижимался твердой выпуклостью в брюках к моей промежности. Его ладони были выставлены по обе стороны от моей головы. Взгляд горел. Жаркое дыхание Эмина с яркими нотками алкоголя ложилось на мои губы, обжигая их запретным зноем.
— Ты пьян…
— Не настолько, чтобы не отдавать себе отчет в действиях. Я знаю, чего хочу, и знаю, чего хочешь ты. И черт меня дери, этой ночью мы получим желаемое сполна! — убежденно сказал он.
Эмин наклонился, продолжая целовать меня, уже не так агрессивно, давай вдохнуть между его глубокими поцелуями.
Он не остановился на губах, поцеловал мои скулы, поднялся к виску, поласкал его губами, зашептав на ухо:
— Впервые я в постели с такой, как ты…
— Простушкой?! — взвилась я.
Он опустил ладонь на мою грудь, легонько толкнул, опрокинув обратно на мягкую кровать.
— Все совсем не так. Я не имел в виду разницу в классах! Ни одного намека. Я имел в виду нечто другое… Твою исключительность.
Ты очень яркая, светлая, искренняя, меня к тебе манит, как дурного мотылька на пламя свечи.
От слов Эмина сердце затрещало по швам, а душа затрепетала. Он умел говорить красиво и придавал словам такой смысля, что я поверила его искренности, поверила каждому звуку, что слетали из его красивых губ. Господи, он просто вскружил мне голову! Красивыми словами, смелыми прикосновениями, этими фатальными поцелуями, после которых память о всех других стиралась из тела.
