— Да-да? — подошел ко мне мгновенно.
— Отправляйся в дом, приготовь для Анны комнаты.
— Вам удалось уговорить Аню быть нянечкой для Дарины? — загорелись глаза управляющего. — Поверьте, вы не пожалеете! Мало когда можно встретить человека, который так искренне переживает за чужую малышку и так трепетно смотрит за ней! Девочки нашли общий язык почти сразу же, и…
— Олжас. Когда мне нужно будет твое одобрение, я обязательно дам знать. Все, что от тебя требуется прямо сейчас, это подготовить комнаты для Анны.
— Будет сделано. Разрешите идти?
— Разрешаю. Но прежде, чем ты отправишься прочь, скажи мне вот что: ты сделал то, о чем я тебя просил?
— Я выполняю все ваши поручения. Но некоторые из них требуют больше времени на исполнение, поэтому не могли бы уточнить, о каком приказе идет речь?
— Статуэтка, — сквозь зубы сказал я.
— Ах, это…
— Да. Это. Исполнено?
— Да. Куда поставить кхм… оскопленную статуэтку? В холл? Или на прежнее место, в коридор?
— В холл. Пусть бросается в глаза сразу же.
— Считайте, что она уже стоит там. Чудесного дня, Эмин Муратович!
Я кивком попрощался с Олжасом, некоторое время просто наблюдал за тем, как Аня играла с Дариной, находя неожиданно для себя в этом какое-то особенное, доселе неизведанное умиротворение.
Потом, словно очнувшись, я сделал несколько шагов по направлению к ним.
— Аня, нам пора ехать.
— Возьмете коляску? — попросила Аня. — Она складывается. Нужно поставить ногу на нижнюю перекладину, задержать на месте и потянуть за два рычажка, которые находятся по бокам коляски.
— Справлюсь, — сдержанно кивнул я.
Через несколько минут мы уже сидели на заднем сиденье, а водитель уверенно вел внедорожник в направлении дома моих родителей. Дарина играла с тонкой цепочкой Ани. Девушка была увлечена девчушкой, но время от времени она бросала на меня осторожные взгляды и смущенно отводила глаза в сторону. Потому что я смотрел на нее почти безотрывно и практически каждый ее взгляд был перехвачен мной.
— Как ваши ощущения? — спросила Аня осторожно. — Что вы вообще планируете делать?
— Еще не знаю, — ответил я, немного обеспокоенно забарабанив пальцами по подлокотнику. — Все зависит от того, как поведут себя мои родители…
— Есть предположения?
Я отрицательно покачал головой, попытался не нервничать и старался выглядеть уверенным. Но правде говоря, чем ближе становился дом родителей, тем сильнее внутри нарастала тревога.
