Мама на полставки (СИ)

Небольшое уточнение в стиле той дополнительной информации, которую обычно помечают мелким шрифтом: если целоваться, то хотя бы оттянуть этот момент как можно дольше.

Но стоило Эмину протянуть мне руку и приобнять за талию, как я испытала жгучее желание ощутить его губы на своих. Он посмотрел мне в глаза и приблизился, крепче обхватил меня за талию, медленно приближаясь к моему лицу.

Он словно давал мне возможность остановить его, но я не хотела. Я жаждала обратного. И как только его чувственный рот коснулся моего, я задрожала, прижимаясь теснее, впуская его язык и губы, отвечая активно.

Я горела и сгорала в этом коротком, стремительном поцелуе. Если бы не Дарина на руках, я бы совершенно потеряла голову и точно нарушила бы правило номер три: «никакого секса на первом свидании».

Ведь это наше первое свидание!

В нашей истории отношений было много всего, но свидание — самое первое, поэтому предвкушение сильно будоражило кровь.

— Как вы поживаете? — спросила я, освободившись из объятий Эмина.

— Хорошо. Взять Дарину?

— Нет, что ты, она так хорошо сидит у меня на руках.

— Совсем не тяжеленькая, я по ней скучала.

— Она тоже по тебе скучала, — с улыбкой заметил Эмин, видя, как Дарина хлопает меня ладошками по щекам. — Пойдем в дом? Я приготовил для тебя кое-что особенное. Без сюрпризов не обойтись, но я надеюсь, что тебе понравится первая часть.

Мне оставалось только постараться изо всех сил сдерживать свое сердце, рвущееся из груди.

— Сначала я хотел показать тебе кое-что… Только не злись, ладно? — спросил Эмин.

— Что же это могло быть?

— Спустимся на цокольный этаж, покажу.

У меня в груди шевельнулись слабые подозрения. И я оказалась права, решив, что Эмин хотел показать мне свою коллекцию ценностей. Весь цокольный этаж напоминал хранилище банка — толстые двери, бронированное стекло…

— Твоя сокровищница? — поинтересовалась я шепотом.

Почему-то хотелось говорить шепотом, словно я была в музее! Так волновало обилие замысловатых картин, но Эмин провел меня в следующий зал: там были расставлены предметы, которые я для себя назвала просто «статуэтки», несмотря на то, что все они были разными по размеру и объему.

— Почему ты говоришь шепотом? — удивился он.

— Не знаю. Ощущение, что я нахожусь в музее, где ничего нельзя трогать и лучше не подходить близко.

— Пойдем, — улыбнулся он.