Мама на семь лет

Сначала я думаю, что это всего лишь мои фантазии, но когда открываю глаза, то едва не вскрикиваю от ужаса. В мягком кресле из светлой кожи напротив моей кровати сидит Дымов. Сидит и прожигает своим тёмным беспросветным взглядом. Даже мурашки ползут по коже.

- Как себя чувствуешь? – спрашивает он.

- Нормально.

Я пытаюсь оторвать голову от подушки, но вновь испытываю режущую боль в области затылка.

- Лежи, - командует Дымов. – Врачи сказали, что тебе рекомендован постельный режим.

- Мне уже говорили об этом.

Я… ничего не понимаю, что происходит. Что ты здесь делаешь? Почему… почему ты вызвался мне помочь?

- Правда не понимаешь?

Он усмехается, но как-то не по-доброму. Встает с кресла, подходит к моей кровати. Только сейчас замечаю, что у него в руках чёрная кожаная папка. Он протягивает её мне, нажимает кнопку на пульте управления отчего моя кровать медленно поднимается в полусидящий режим.

- Что это? – спрашиваю я.

- Открой, посмотри.

Я делаю так как он того просит. Внутри папки какие-то бумаги и счета.

В глаза двоится, я зажмуриваюсь и вновь пытаюсь сконцентрироваться и понять, что всё это значит. Первой бумагой оказывается внушительный счёт за оплату лечения. Моего лечения.

- Зачем? – только и могу вымолвить из себя.

- Дальше смотри, - приказывает Дымов, не отвечая на мой вопрос.

Листаю бумаги, ощущая, как громко колотится сердце от предвкушения чего-то… нехорошего. Этот мужчина не внушает доверия. Только пугает и заставляет бояться его.

Одним только своим присутствием.

Внутри папки так же оказываются счета на оплату долга моего мужа. Сумма такая огромная, что волосы на голове шевелятся. У нас никогда не было таких денег! Борис... он когда-то давно планировал открыть собственный бар. Возможно, для этого брал деньги взаймы? Понятия не имею... В последний месяц мы отдалились. Я думала, что это временно. Кризис. Пройдет потом... Но всё оказалось куда глубже и сложнее.

После бумаги об оплате долга я обнаруживаю то, отчего меня трясти начинает.

Как контрольный выстрел в голову, удар под дых. Свидетельство о смерти Бориса.

Я несдержанно вскрикиваю, закрываю рот ладонью. Перевожу взгляд на Дымова, но у него на лице ни единой эмоции! Не человек – робот.

- Что это? Что с моим мужем? Это твоих рук дело, да?

Дымов хмыкает, опускает руки в карманы брюк и медленно подходит к окну.

- Спишу твои необоснованные обвинения на сотрясение мозга, Юля. Я не убивал твоего мужа.