— У нас был уговор: я прихожу на разговор, ты меня не трогаешь. Я знаю, на что ты способен. Но не забывай, что Леся до сих пор у меня.
— Не надо угрожать моей дочери, — вкрадчивым спокойным голосом советует Лютый.
— Я угрожаю не ей, а тебе.
Их взгляды снова скрещиваются.
— И чего ты хочешь? — вскидывает Лютый бровь.
— Ты знаешь. Я уже говорил об этом. Мы оба в курсе, что твоя дочь будет в опасности с тобой до конца своих дней. Если ты, конечно, так и продолжишь заниматься криминалом.
— И ты решил наставить меня на путь истинный? Похитив мою дочь? Как благородно!
— Она могла быть и моей дочерью.
С отцом Лесе не повезло, — цыкает Демид.
— Следи за языком, — в голосе Лютого слышится неприкрытая угроза.
— Говорю, что думаю, — парирует Рокотов, — На тебя ведь напали тогда. И чудом не забрали Лесю, хорошо, что я подоспел.
— Ты не успел. Если помнишь, я отдал ее Соне через окно.
— Да. В тот момент, когда в дверь ломились люди Серова. Скажи, а что было бы, если б Соня не оказалась рядом? Ты был серьезно ранен, когда я появился.
От кровопотери даже сознание потерял. Не будь меня — ты уже давно был бы трупом, Костя. И Леся тоже, — сделав паузу, весомо добавляет Демид.
— Ждешь слов благодарности?
— Обойдусь.
В гостиной ненадолго повисает молчание.
— И что будет, если я откажусь?
— Я увезу Лесю заграницу, и ты увидишь ее, скажем… никогда, — пожимает плечами Демид, — Честно говоря, я так и хотел сделать.
— Совесть замучила?
— Можно сказать и так.
Послушай. Этодочь. И мой долг перед Эллой защищать ее. И я буду это делать. Защищать Лесю всю жизнь, как бы тебе этого ни хотелось.
— Я сказал: я сам в состоянии защитить свою дочь, — рычит Лютый.
— Сейчас — нет. Просто подумай. Если бы я не спрятал ее надежно, она бы оказалась в руках у Серова! А ему все равно, кто перед ним. Достаточно того, что она твоя дочь. Ей полтора года всего. Она не заслужила, чтобы ее мучили.
— Ты забываешь, с кем разговариваешь, Демид. Я сам могу ее спрятать так, что никто ее не найдет.
— Можешь. И будешь всю жизнь держать взаперти? Рано или поздно ее найдут. Ты знаешь, как поступают с теми, кто не прогибается — ищут слабое место. Твое уже нашли. И только благодаря мне Леся все еще жива, — он делает паузу и сплевывает обвинение, накаляя обстановку до предела, — Это из-за тебя Элла погибла! Я не дам тебе угробить еще и ее дочь!"
"Глава 17"
"Мужчины почти сразу словно забывают обо мне.
