Мама под елку и папа-дракон

Я прошлась по этажу, спустилась в зал, где уселась наблюдать за елкой. Хотела пойти в выделенную мне комнату, да забыла, где она находилась. Память – не самая сильная моя сторона. Ведь туда меня отправляли в основном телепортом. Так что все нормально. Вот только сон накатывал, так что оставаться в зале не хотелось.

Я потянулась, ощутив, как хрустнуло в груди.

М-да, возраст. Все хрустит. Не так повернешься и все – нерв защимит.

Я все же решила найти свою комнату. Направилась по ближайшему коридору. Ни одной живой души.

Только на этот раз казалось, что что-то поменялось. Просто когда меня сюда вела Милана, то стены были с красными вертикальными вставками. А сейчас этот цвет казался еще темнее.

Туда я решила не заходить. Хм, надо было вспомнить, как же я выходила из той спальни.

Может, она находилась в другой части дома?

Я направилась обратно к залу. Казалось, что дом в один момент превратился в какой-то лабиринт.

Вскоре за одним из поворотов послышался голос.

Вот только я замерла.

– Ты чего бродишь тут? – послышался женский голос.

– Я хотела отнести белье, – а это второй.

Вот только голоса раздавались будто из стены.

– Уже отнесли. Давай дуй на чердак. Там нужно сложить вещи.

И повисла тишина. Так, и где они?

– Эй, – позвала я служанок, но никто не откликнулся.

– Я сделала, как вы сказали! – взвизгнула женщина.

Та, самая первая. Я аж подпрыгнула на месте.

Я замерла. Это она кому? Кристиану, что ли?

– Ой, помогите мне, пожалуйста, – позвала я.

– Да, и это было. Ничего не произошло, – продолжила женщина, не слыша меня.

Подслушивать не хотелось, но я все же слушала. Может, она общалась со старшей служанкой? Если у них было такое в доме.

– Я вам говорю, что сделала именно так. Хорошо. Я сделаю. Благодарю, что даете мне шанс.

И наступила тишина. Едва заметные разноцветные огоньки замелькали рядом со мной.

Я дернулась, думая, что это кто-то ко мне телепортируется.

Но никто из света не вышел. Значит, это служанка телепортировалась.

Несмотря на пугающую ситуацию и на то, что коленки у меня дрожали, тело будто жило своей жизнью: я продолжала зевать.

Интересно, о чем она разговаривала? Может, ее ругали за работу?

Но выяснить этот вопрос у меня не получилось сейчас.

Спать хотелось неимоверно. Я уже готова была лечь прямо в коридоре. Но это было бы слишком смешно.