Мама поневоле

Его не было ровно десять минут, и он вернулся с двумя стаканчиками кофе и пакетом сладостей.

– Здесь очень много… я… столько не съем!

– Я ведь тоже буду.

Он отпил горячей жидкости и улыбнулся. Сейчас он был тем самым Глебом – расслабленным и понятным, каким я видела его по вечерам в своей квартире, когда он оставался с детьми.

– Даже для двоих здесь очень много… – заметила я, рассматривая сладости в ярких обертках.

Глеб окинул взглядом свои покупки.

– Оставим детям, – он раскрыл упаковку с шоколадкой и откусил, расплываясь в улыбке.

Я подняла на него взгляд, ощущая себя в эту минуту маленьким ребенком, которому принесли кулек конфет или который пришел с колядок в рождественский день.

– Это чем-то напоминает детство… Когда вот так ныряешь в праздничный пакет с конфетами, и глаза разбегаются, какую бы съесть. А вкупе с этой атрибутикой, – я кивнула в сторону гирлянды и мигающих огней.

– Любишь новый год? – он улыбнулся, наблюдая за мной.

– Обожаю, – выдохнула я, определившись с выбором все же отдав предпочтение M&M's. – Мне кажется, что это самое волшебное время года.

– А я нет, – произнес он металлическим голосом и замолчал.

Взял сигарету и закурил, сделал еще один глоток из стаканчика и поглядел на меня стеклянными глазами.

– Почему?

– Я давно уже не ощущаю восторга и радости по этому поводу.

Он окинул безразличным взглядом горящую огнями витрину магазина.

– Проведешь новый год с нами? – предложила я.

– Спасибо за приглашение, но я и так планировал это сделать с вами.

Он улыбнулся, но блеск в глазах так и не появился. Мне было в новинку видеть это потерянное выражение на его лице.

– Я иногда поражаюсь твоей бескомпромиссности, но иногда мне кажется, что за этой маской прячется совсем другой человек. Ты говоришь, что я маленькая девочка, а сам… Ты ведь даже ни капли не смущаешься, когда ведешь себя так… категорично.

– Это мысли и поступки уверенного в себе человека, который имеет за плечами багаж опыта и знает, что за принятыми решениями последует бремя ответственности. То есть, тебе не за что переживать. И если я причиню боль или допущу ошибку, то сполна за это отвечу в первую очередь перед собой. Нет никаких масок.