Мама поневоле

И я вовсе не сильная. Вот ни грамма. И все так же безумно желала с ним секса. Затуманенный мозг плохо соображал, но, кажется, я и не думала сейчас ни о чем, а отдавалась своим чувствам и принимала его настойчивые ласки. Все происходящее между нами точно не походило на склонение к сексу. Это называлось обоюдным желанием.

– Я постараюсь быть нежным... – услышала его шепот, и он опрокинул меня на кровать. Твердые пальцы развязали узел на халате, и мужчина жадным взглядом окинул мое голое тело. На мне ничего не было, кроме простых хлопковых трусиков, которые намокли от желания подчиниться его силе.

Его руки сминали мне грудь, глаза выжигали воронку, а я забыла в эту минуту обо всех своих предостережениях. Горячая влага собралась между ног, под натиском его ласк я больше походила на вулкан, который много лет спал, а теперь вдруг проснулся. Что бы там ни добавила мне в прошлый раз Алина, сегодня я чувствовала все в несколько раз острее. Эти чувства были на грани, а мое желание достигло высшей точки.

– Вспоминала или нет? – нарочито медленно повторил он, давая мне возможность снова его остановить.

– Да… – хрипло прошептала я, мечтая ощутить вес его тела на себе, его твердые и упругие толчки.

Мужские ладони спустились мне на живот, и он аккуратно снял с меня белье, его пальцы тут же нашли чувствительную точку и нажали на нее, массируя мягкими движениями. Я выгнулась ему навстречу и, видимо, точно сошла с ума, собираясь снова заняться сексом с этим человеком.

– Посмотри на меня, – попросил он, лаская мой клитор большим пальцем, распределил влагу по моим складочкам и ввел в меня палец.

Низ живота стянуло в тугой узел, и я была готова раскрошиться в руках этого человека на много маленьких кусочков, не выдержав такого напряжения. Оргазм был таким мощным, что я на мгновения выпала из реальности и зажмурила глаза, сотрясаясь всем телом в мужских руках.

Ощутив его горячую ладонь на своих губах, я услышала тихий шепот, который доносился до меня как будто издалека:

– Тсс… Ты разбудишь детей…

У меня кругом шла голова, и я должна бы была уже прийти в себя после такой сильной эмоциональной встряски, но задрожала еще сильнее, когда Глеб избавился от своей одежды и расположился между моих бедер, а я ощутила его твердую головку у входа.

Длинным и глубоким толчком мужчина оказался внутри, а я выгнулась дугой, закусывая губы, чтобы не стонать и не издавать громких звуков, причиняя себе тем самым боль.