Мамочки и папочки

Те две девушки, как и десятки других, навряд ли страдали от тяжести трудовых будней, когда их клиентом становился Витан. Не сомневаюсь, что удовольствие получали обе стороны.

– Мы с Янисом разные, – вдруг добавляет он, глядя на свои пальцы. – Я редко когда мог предугадать его мысли и действия. У тебя есть брат или сестра? – спрашивает, повернув ко мне голову.

– Тогда ты навряд ли сможешь представить, насколько противоречивыми могут быть отношения между братьями и сестрами. Мы с Янисом не общались девять лет. А в самый обыкновенный для меня день мне сообщили, что он умер.

Не авария, не какой-нибудь несчастный случай, а продолжительная болезнь, о которой не знал никто, кроме никому неизвестной девушки, с которой его связывали дружеские отношения. Янис и дружба с девушкой, – печально усмехается он и снова устремляет взгляд на свои руки, – слишком сложно такое представить. Всецело доверять Янису – значит позволить ему в любой момент времени обвести себя вокруг пальца. По правде говоря, я рад, что в этом мире есть хоть кто-то, кто знает его только с лучшей стороны. И ты права, – смотрит он на меня, – он тебя не обманывал. Он просто умолчал, потому что гордиться и впрямь нечем.

В воздухе так и застывает печаль.

– Витан Архипович! – врывается молоденький мужской голос в атмосферу, полную внезапной откровенности на фоне ароматного моря. На верхней палубе мужчина, наверное, помощник капитана. – Через пять минут бросим якорь!

– Отлично. Подготовьте тенденр.

Момент откровений канул в небытие. Витан смотрит на ручные часы, потом молча проходит внутрь этой (не знаю, какой по счету!) палубы, а меньше, чем через минуту, выходит обратно.

К собственному стыду только сейчас понимаю, что за последний час не предприняла ни единой попытки дозвониться до моих девочек.

– Тебе нужно что-то взять с собой? – спрашивает Витан.

– Тогда пойдем вниз. Тендер спустят на воду и можем выдвигаться.

Я очень стараюсь сохранить прежний настрой несгибаемой защитницы своего, но меня постепенно ломает мужская откровенность.

Я чувствую, как от моей брони отлетают детали. Витан говорит одному из мордоворотов отправиться на берег с нами, и тот послушно выполняет приказ. Залажу в стильный черно-коричневый катер с острым носом, напоминающий акулий, молча надеваю спасательный жилет, предложенный мне самим капитаном, и сажусь на последний ряд кожаных сидений.

– Уверены, что никто из ребят вам не понадобится? – спрашивает он Витана.

– Я сам поведу, – отвечает он, усаживаясь на место водителя.