Мамочки, я влюбилась в дракона!

Подобие сожаления несильно кольнуло: поведи он себя по другому, и эта искра могла бы быть его."

"Инга, заметив их, махнула рукой и улыбнулась. Асвёр помахал в ответ и, схватив Машу за руку, заставил стоять на месте. Повелительница приближалась не спеша. Даже просторное серо-голубое платье не могло скрыть ее огромный живот.

– Стой на месте, – прошипел колдун, отпуская руку искры. И быстро пошел навстречу Инге.

– Моя Повелительница, – поприветствовал ее с искренней улыбкой и подал руку. Инга, выдохнув, оперлась на нее.

– Оставь церемонии, – отмахнулась она. – Русалка? – тихо спросила, намекая на Марию.

– Нет, – буркнул Асвёр. Эйнар сдержал слово, жене ничего не рассказал, но это ровным счетом ничего не меняет. – Где ненормальный правитель? Почему ты одна?

– У меня есть твой амулет, забыл? – со смехом ответила Инга.

– А, ну да, – кивнул Асвёр. Он самолично заговорил небольшой диамант. Стоит Инге его сжать, и тут же примчатся Эйнар и Фроуд, да и он сам.

– Ты что-то натворил, – не спросила, констатировала факт. – Асвёр, тебя иногда заносит. Что на этот раз? – Инга остановилась и внимательно посмотрела на него.

– Всё-то ты понимаешь, – вздохнул колдун. – Я перес искру…

– Нет, – качнула головой правительница. – Эйнар же тебе запретил. Как ты мог? – в ее глаза промелькнуло разочарование, больно ранившее дракона в сердце.

– Мне хотелось попробовать, – начал он оправдываться.

– А о девушке ты не подумал, – грустно произнесла она. – Асвёр, там у нас остаются семьи, родственники, друзья, наша жизнь. Ладно я, меня в России ничего не держало, но вспомни Лилю! Она там родителей оставила и никогда больше их не увидит! Как ты мог…

– Инга, я… – колдун хотел стереть одинокую слезинку, покатившуюся по щеке правительницы, но не посмел. Камень все еще защищает ее, и неизвестно, как отреагирует. – В общем, Мария там никого не оставила, – и тихо добавил: – Почти.

– Пойдем, – Инга стерла слезинку. Пора брать себя в руки. Совсем стала плаксивой с этой беременностью. – Знаю я вас, драконов. Запугаете до икоты.

Асвёр покраснел. Нотации матери и тетки его не вгоняли в краску, а Инга могла.

– Доброе утро, – подойдя к девушке, Инга улыбнулась. – Красивое у тебя окрашивание.

– Спасибо, – ответила Маша. Она разглядывала правительницу. Такая молоденькая! Даже младше ее.