Мандаринка на Новый Год (СИ)

Пальцем по щеке. Уже немного колючий. А вечером еще был гладкий. Целовать начала с шеи, под подбородком. Потом по груди, вот там по-прежнему гладко. Сосок — тронула языком. Ей самой безумно нравится, когда он вот так вот языком с ней. Может быть, и ему понравится? Втянула в рот, прихватила легко зубами. Дыхание Ника изменилось. Проснулся? Но молчит. Долго будет молчать, интересно?

Он подал голос, когда ее губы гуляли где-то в районе его паха. Честно говоря, что-то вроде неуверенности, даже опасения, все-таки шевелилось внутри.

— Люба…

— Да? — щеки вдруг коснулось что-то твердое и гладкое. Она же не маленькая девочка, она знает — что."

"— Ты что делаешь?

— А то ты не знаешь, как это называется.

— Знаю, — выдохнул — хрипло, шумно. — Спички детям не игрушка.

— Спокойно, — она повернула голову и рискнула. Коснуться губами теплой кожи. Еще один шумный выдох. — Дети умеют обращаться со спичками.

— Ты делала это раньше? — вопрос прозвучал тихо. Напряженно. И она вдруг четко поняла, что так явно звучит в нем.

— Люба! — он схватил ее за плечо, притянул к себе, наверх. — Ты делала это раньше?

— Странный вопрос. Ты-то должен знать…

— Это не одно и то же! Можно же и так только… без…

Она промолчала.

— Люба! Скажи мне — ты делала это раньше?!

Теперь совершенно точно — ревность. Требовательная ревность. Глаза его поблескивают в темноте.

— Люба! — он уже рычит.

— Нет, — наконец-то смилостивилась она. — Не делала. Но хочу… попробовать. С тобой.

— Черт… — он притянул ее голову к плечу.

— Почему это? Ты что — боишься? Что я сделаю что-то не так? Откушу что-то… ценное?

— Любава…

— Можешь выдать мне краткие инструкции.

— Я сам тебя укушу! Потом. А сейчас…

— Да?

— Делай все, что хочешь. Не стесняйся. Не бойся. Я вообще люблю… погрубее…

Вот как?! Ему делали погрубее? Твою мать! Сейчас она ему покажет!

Люба выдохнула и двинулась вниз.

Не страшно. Не противно. Любопытно. Все любопытнее и любопытнее. Она решилась и взяла его в рот.

— Прекрати!

— Прости! — она не узнает голос, будто не его, задушенный какой-то.

— Так! — она снова подтягивается к нему наверх. — Что это за новости? Чего руки распускаешь?!

— Ну, простиии… Я голову потерял…

— Вот чтобы не терять — держи ее! Руки за голову!

Он, не споря, выполняет ее приказ.