Ответил Вадик, близкий друг Сергея:
– Как бы ты отнеслась к тому, что ежедневно самолет, в котором находится двести ребятишек, разбивается о скалу и все дети погибают?
– Мизантропический бред! Как можно к нему относиться?
– Но именно столько детей в Африке ежедневно погибает от малярии. О жертвах от автомобильных аварий на дорогах вообще говорить не приходится. Их число в тысячи раз больше, чем от террористических актов. Почему африканский ребятенок хуже бесланского? Беременная женщина, погибшая под колесами пьяного урода, или другая, выкинутая в окно Буденновской больницы обкурившимся басаевцем – между ними есть разница?
– Разница в том, что пьяный водитель не желал смерти женщины, а террорист убивал сознательно.
– Но результат одинаков.
Вадима поддержал Сергей:
– Террор – от слова «страх». Задача террористов запугать нас. Если мы боимся их, говорим о них, трепещем – значит, служим достижению их целей.
Нина поняла, что спорить бесполезно. И ее поразила цифра – две сотни ежедневно гибнущих африканских детей.
Дома она проверила в Интернете. Так и есть! Поделилась страшным открытием с Ваней. Но его смерть безвинных младенцев не взволновала. Принялся рассуждать о том, что высокая смертность в Африке и Юго-Восточной Азии – это своего рода природный механизм регулирования народонаселения.
Никому не жаль бедных детишек! И преступно бездействует ООН! Нининого возмущения хватило на два дня, когда она доносила свою тревогу и возмущение до коллег и друзей, а через неделю Нина уже не вспоминала о несчастных жертвах.
Как у остального человечества, ее память на чужое горе была короткой.
Нина загадала: Сергей будет ждать ее на углу. Стратегически верный пункт, рядом подворотня и темный двор, там можно целоваться, не шокируя прохожих.
Так и получилось. Нина повисла на шее Сергея, словно после долгой разлуки. Он приподнял ее за талию, закружил, понес во двор…
Ах, как хорошо! Как хорошо, когда счастье оказывается даже лучше его предчувствия! Вот так бы никогда не покидать его объятий, не отрывать губ…
– Ур-р-р! – мурлыкала от удовольствия Женя.
"
"Благодаря мамочкиным положительным эмоциям они получали изрядную дозу вкусненьких гормонов.
– Сейчас пойдут в бар, где накурено. – Шурка не могла не отравить сладкого момента. – И еще пиво пить будут! А потом музыка врубится.
Громкую, ухающую на низких частотах музыку двойняшки не любили.
