Маневры 3

— Давайте-ка пройдем в укрытие подполковник… — распорядился генерал и решительно направился к выходу из палатки.

После очередного разрыва генерал виртуозно выругался, прижимая к себе левую руку. Между пальцев здоровой руки, которой он зажал рану проступала кровь. «Понятно… Нужен врач, или хотя-бы фельдшер». Снаружи была для меня открылась жуткая картина. Хоть я далеко не один год в профессии, как говорят артисты, но в упор видеть, как рвутся снаряды, вскидываются черные конусы земли, огня и пламени и замертво падают солдаты, разорванные осколками было до жути страшно.

Только в одном месте мне довелось воочию наблюдать результаты артобстрела. Это было во время моей службы на Кубе.

Наш полигон на острове, когда не было стрельб, использовался местыми «кубашами» как пастбище для многотысячного стада муфлонов. Когда начинались стрельбы, то нужно было договариваться с кубинцами, чтобы на время стрельб этих их с полигона выгонять. Это стадо обслуживало около двадцати настоящих ковбоев на лошадях.

Всё как в аериканских вестернах. Они на лошадях в течении часа всё стадо выгоняли за пределы полигона. Но несмотря на нашу стрельбу, через час стадо опять постепенно выдвигалось на привычное место и мы стреляли до тех пор, пока это было безопасно для муфлонов. И опять по новой. Приблизительно через два часа стрельба возобновлялась. Втечении дня это происходило раза три-четыре. Под конец, когда и ковбои и лошади выматывались по жаре гонять муфлонов, старший ковбоев махал рукой и мы тогда стреляли, иной раз поражая этих муфлонов десятками. Тогда по окончанию стрельбы туда выдвигались ковбои добивали ранненых животных и разделывали мясо. Часть мяса они забирали себе, а часть отвозили на продажу в крокодильи питомники. Одного раза поехать посмотреть, мне тогда хватило надолго.

А сейчас я наблюдал что происходит с людьми. От этих мыслей меня оторвал молодой командир, который недавно приносил в конверте радиоданные генералу. Он налетел на меня, чувстательно толкнув в спину.

Увидев его ошалевшие, полные ужаса и паники глаза, не раздумывая залепил пару пощечин. «Уже лучше, глаза вроде вменяеме стали...».

— Там… — я показал рукой на палатку, — генерал ранен, нужен медик! Ты меня понял? — он часто кивал головой, и уже набрал полную грудь воздуха, чттобы крикнуть...

— Молчи дурак, не делай панику, найди доктора, фельдшера, кого нибуть, только тихо... Ты понял?

Он опять часто-часто закивал головой.

Вот и отлично, вот и хорошо...