— Почему бы тебе не допить вино? Может, оно приведет тебя в чувство и ты перестанешь совершать глупости: например, уходить, когда дело не окончено…
Тут Мара, державшаяся до сих пор очень сдержанно, совершенно потеряла над собой контроль. Она шваркнула об пол стакан с вином, крикнула: «Пошел к черту!» — и уже взялась за ручку двери…
Лео набросился на нее. Он кинул ее на диван и навалился сверху всей тяжестью своего мощного тела, заткнув ей рот ладонью, чтобы она не могла кричать. И как Мара ни сопротивлялась, вырваться ей не удавалось.
"
"Если в первый раз он был с ней мягок и нежен, то теперь, казалось, главной его целью было сделать ей больно, унизить ее. Она попыталась впиться ногтями в его щеку, но он с такой силой вывернул ей руку, что Мара чуть не лишилась сознания. Он сорвал с нее одежду, резко раздвинул ей ноги и обрушился на нее.
Когда он взял ее, это было так резко и грубо, что у Мары на глаза навернулись слезы. Она пыталась бороться, сдаваться окончательно ей не позволяла гордость.
Сквозь красный туман она увидела что-то — нет, кого-то — возникшего за спиной Лео. Раздался тихий звук, словно кто-то бросил на землю спелый лимон, и Лео беспомощно упал ей на грудь.
Мара хлопала ресницами, силясь понять, что произошло. Перед ней стоял Джоко; он улыбался своей саркастической улыбкой, означавшей «Весь мир сошел с ума — кроме меня». Джоко держал в руке трость с серебряным набалдашником.
— Кажется, я опоздал, — сказал он, глядя на неподвижное голое тело Лео.
— Значит, я плохо рассчитал время.
Мара ошарашенно смотрела на него, не понимая, о чем он говорит. Дрожа, она выбралась из-под распростертого тела Лео.
— Он мертв? — испуганно спросила она.
Джоко пощупал пульс на шее Лео.
— Нет, только выведен из строя. Но у него здорово будет трещать башка, когда он очухается. Нам лучше при этом не присутствовать. Давай, собирай свои вещи и идем отсюда.
Мара подобрала с пола одежду. Джоко указал ей на дверь, и они вышли в ночь.
В небе светил лишь тусклый юный месяц, но оказалось, Джоко видит в темноте не хуже кошки. Они шли по узенькой тропинке, которая наконец вывела их к маленькому деревянному автоприцепу.
— Это мой личный Уголок клоуна, — объяснил Джоко. — Заходи внутрь и одевайся. Я подожду здесь.
Мара прижимала к себе одежду, сама не понимая, почему она стесняется своей наготы сильнее при Джоко, чем при Лео.
— Моя блузка порвалась. И пуговицы потерялись.
